— Не волнуйся, я рядом, — прошептал Уён на ухо Миён и взял ее за руку, а потом помахал молодому офицеру, одетому в форму и стоящему у стены с бумажным стаканчиком в руках. — Сынмин! Спасибо, что приехал, а то без тебя не знаешь, кому здесь можно доверять и кто не продастся. Как сам?
— Работаем не покладая рук, подпольных заведений развелось… Притворяюсь тут, даю наводки и пользуюсь «служебным положением», — улыбнулся Сынмин, поклонившись всем по очереди и задержав внимание на Миён, вернее, на их сплетенные с Уёном руки. — Передам Бинни, что он был прав. Не нравится мне в спорах проигрывать, но что сделаешь… — преувеличенно разочаровано вздохнул он и махнул рукой, зазывая за собой.
— Вы что, делали ставки?.. — недоверчиво спросила Миён, глядя в спину нового знакомого. — Говорила же, ну говорила, что все парни — сплетники!
— Зато с нами весело, — беззаботно пожал плечами Сынмин, открыл стеклянную дверь одного из отделов и пропустил всех вперед себя. — Знакомьтесь, это офицер Чон Ванху, который любезно согласился заняться вашим делом. Просто расскажите то, что помните и знаете, вот и всё. А мы с Малышом Хлебушком побежали, у нас одно важное дело назревает.
Уён улыбнулся и кивнул на прощание.
— Спасибо, офицер Ким. Добрый день, офицер Чон, — без обиняков и стеснений сказал Юнхо и плюхнулся на стул по ту сторону стола от весьма гостеприимного, судя по виду, Чон Ванху. — Значит, рассказываю. Записывайте. Идем с Миён, никого не трогаем, и тут появляется несколько человек. Не посчитал, если честно, но штук шесть, наверное. Один рыжий…
— Придержите коней, — выставив ладонь вперед и записав что-то, попросил Чон Ванху. — Фотопортреты мы составлять будем несколько позже, раз люди, я так понял, вам не знакомы. Мне нужны справки из больницы, чтобы установить уровень тяжести нанесенных увечий. Вы принесли?
— Да! — Юнхо тотчас полез в свой рюкзак и вытащил папку с несколькими листами. — У меня перелом локтя, — головой он указал на повязку и гипс на руке, — трещины на двух ребрах, физиономия превратилась в кашу, а еще мне нанесли моральный ущерб. Всё это тоже запишите.
Чон Ванху покивал, мельком просмотрев бумаги, и продолжил слушать весьма детальный рассказ Юнхо, Миён и Сана, но процедура на этом не окончилась: всем троим пришлось напрягать коллективную память и описывать нападающих настолько подробно, насколько смогут, пока сотрудник экспертно-криминалистического отдела корпел над фотороботами, временами пытаясь угомонить громко спорящих между собой потерпевших. Когда все остались более-менее довольными, Сан и Уён задержались у рабочего места Чон Ванху, чтобы прояснить одну маленькую деталь дела: на кого и кто на самом деле охотятся.
— Когда разберемся с нападающими, подумаем, что можно сделать. Но если что, вы знаете, к кому обратиться, — ответил офицер Чон, сделав явный намек, и Сан первым молча согласился, потянув за собой Уёна на выход.
Понедельник, рабочий день еще не окончен, но за проведенное в участке время успело стемнеть: в небе, с которого сыпался снег, сияла луна, а на улицах было практически пусто, если не брать во внимание курящих у металлического мусорного бака офицеров и редко проезжающие машины. Загрузившись и пребывая в своих мыслях, Уён даже толком не чувствовал холода, смотря на мерно летящие снежинки и сжимая руку Миён в своей. Юнхо пока что оживленно разговаривал о чем-то с Саном.
— Мне страшно, — прошептала Миён, обняв Уёна за плечо.
— Сан тебя отвезет, ничего не бойся, а со мной всё будет хорошо. Увидимся утром на учебе, — поцеловав ее в висок и щеку, ответил он. — Знаю, такое трудно забыть, но постарайся. Со временем всё уладится. А пока лучше скажи: ты пойдешь ко мне завтра после пар? — Уён заискивающе улыбнулся, сложив руки на талию Миён.
— Я хотела пригласить тебя к себе, пока родителей не будет. Да и ты убежишь на работу до того, как они вернутся, — Миён накрутила на палец спадающую ему на лицо прядь волос и чмокнула в нос. — Познакомлю тебя с ними позже, а пока покажу свое жилище. А Ёсан и Чанми в случае чего прикроют. Что думаешь?