Уён тяжело вздохнул, не зная, как ему сказать обо всем так, чтобы успокоить Миён и при этом не выдать друзей.
— Это не моя тайна, — в итоге ответил он, приобняв ее за плечи. — Прости, знаю, что я всегда был за честность и что не должен ничего от тебя скрывать, но я правда не мог, с моей стороны это было бы предательством. Когда приедешь домой, думаю, Сан сам всё тебе объяснит и расскажет. Только не волнуйся.
— Что там такого? — Миён задеревенела в его объятьях и сбросила с себя его руку. — Уён, скажи сейчас, а я потом притворюсь, что ничего не знала, и выслушаю то, что мне должен рассказать Сан. Мы обещали друг друга больше не обманывать.
— Пожалуйста, не заставляй… Меня это даже не касается, просто мне не повезло увидеть то, чего не следовало, и я очень жалею, что сам об этом узнал. Правда, прости меня, но я не могу, это не мой секрет. Твой уже как-то разболтал, ошибок повторять не хочу. Ну не дуйся, — Уён тыкнул в ее щеку пальцем и соединил их губы в нежном поцелуе, подавляя вялое сопротивление. — Лучше расскажи мне, куда пойдем после пар. Тебе нужно заниматься, и пока ты будешь повторять материал, я сделаю для Дэквона задание по линейной алгебре. Он меня чуть ли не на коленях просил.
— А еще чего попросит? Любой каприз за его деньги. Тебе он когда в последний раз помогал? — резко спросила Миён, заставив Уёна поежиться и виновато отвернуться. — Вот именно что никогда! Нет-нет, когда ты был один, то учился за всю группу и еще больше подорвал здоровье, но теперь у тебя есть я, и вот как раз я, Кан Миён, говорю тебе, что отныне ты не будешь тряпкой, которая всем старается помочь. Дэквону так и передай, что бесплатно учиться за всех я тебе запретила. Пусть я буду в глазах других злой мегерой, которая спит с тобой за конспектики и не разрешает помогать кому-то, кроме меня, но жертвовать своим здоровьем ты не будешь.
— Вот именно, можешь этим прикрываться. Миён может быть очень злой, по себе знаю, так что подозрений это ни у кого не вызовет, — подключился к диалогу Юнхо, параллельно играя в видеоигру. — Айщ!.. Да что ж такое!.. Даже у меня есть совесть, и когда я тебя о чем-то прошу, то стараюсь сделать что-то хорошее в ответ или деньги предлагаю. А все остальные вообще без стыда родились.
— Чх! Объединились тут, содружество трех Санов. Я с одним-то кое-как справлялся, а теперь вас три… И это вы еще толком Чанми с Ёсаном не подключили. Как в каком-то паноптикуме, блин.
— Это что такое? — в один голос спросили Юнхо с Миён, но Уён только отмахнулся.
Когда прозвенел звонок, он пересел на свою парту и, избавившись от лишних глаз, написал Сану, спросив, как там Чанми. Ответ пришел практически сразу, и Уён не сразу поверил своим глазам, когда прочитал. И откуда в этом мире столько злых, завистливых и неудовлетворенных жизнью людей, которые так и норовят кому-то подгадить, а иногда и вовсе избить. Сначала Юнхо, теперь Чанми, а дальше что? От рук Наын или каких-нибудь гопников пострадают Ёсан или даже Миён? А самое мерзкое в этом то, что Уён даже не сможет постоянно быть рядом с ней, чтобы в случае чего защитить. Она и так испугалась, когда на них с Юнхо напали в прошлый раз, и это при том, что ее саму даже не тронули, но кто знает, что может случиться дальше?
У Уёна пухла голова. Только смиришься с одним потрясением, как тут же настигает другое. Мать, те богачи, Хан Наын, Сан со своими боями, от которых он, к счастью, отказался, учащающиеся обмороки и умалчивание о том, что, возможно, он сам уедет учиться по обмену. Уён уже не был уверен, что правильно поступил, подав заявку, тогда он просто вспылил, собираясь сбежать от проблем и избавить того же Сана от заботы о нем, а теперь всё изменилось и… Как он скажет о том, что может уехать, Миён? То ли специально сессию завалить, чтобы его никуда не пустили… Но это тоже своего рода бегство, а нужно научиться всё решать без него. Еще и сердце подводит, а к врачу по этому поводу Уён так и не обратился, хотя ему настоятельно рекомендовали это сделать.
А теперь вот еще и обман Сана и Чанми должен раскрыться, если они, конечно, не испугаются и не начнут опять сочинять что-то идиотское вместо того, чтобы признаться. Миён ранит правда, Уён знал это, но знал он так же и то, что рано или поздно она успокоится, поймет и простит. Его же прощала, и даже не один раз. И как же от всего этого и постоянной, хронической усталости болит голова…
— Довезем Юнхо с Ёсаном до их компьютерного клуба, а потом поедем куда-нибудь поесть. А ты, лентяй, наслаждайся своими играми. Работать у него сломанная рука отвалится, а на кнопочки жать — да хоть сто раз! — ехидно проговорила Миён, посмотрев на Юнхо в зеркало дальнего видения, и приведя рукоять коробки передач в нужное положение. — А готовиться к зачету кто будет? Он послезавтра!