Главная ошибка противника — не прижать как следует к полу. Воспользовавшись этим, Сан заехал ему промеж ног коленом и, выкрутив запястье оппонента, выбрался из захвата, следом уложив оппонента наземь несколькими ударами, затем сев сверху и несколько раз ударив головой противника об пол. В запале драки и при подавлении сопротивления Сан не заметил, что толпа затихла, не услышал сирен и не понял, что надо бежать, когда все бросились врассыпную.
— Национальное агентство полиции! Не оказывайте сопротивления при задержании! — крикнул кто-то, приведя Сана в чувство, и уже через несколько мгновений полицейский пальнул в потолок, призывая всех оставаться на своих местах, однако это только усилило панику и вызвало волну синхронного крика нескольких голосов.
Вскочив на ноги, Сан застыл на месте — бежать некуда. Здание наверняка окружено, и даже если из него сейчас выбраться, там будет поджидать целый наряд, не говоря уже о том, что в участке всё равно проверят изъятые записи с камер наблюдения. Противник поднялся на ноги и, шатаясь, спрыгнул к испуганной толпе, вот только сразу же оказался настигнут полицейским и скручен. И один только Сан стоял на ринге в одиночку, наблюдая за всеми свысока и не видя смысла пытаться убежать.
— Попрошу ваши руки, — мягко проговорил полицейский, вынув из кармана наручники, и Сан, послушно сжав кулаки, поднял запястья вверх, затем отправившись в полицейскую машину.
Не думал он, что придет сюда за победой, а уйдет со скованными наручниками руками. И что теперь делать?..
Глава 25. Погасший блеск
История повторяется…
Миён вздрогнула, сию же секунду крепче сжав между пальцами одеяло, и открыла глаза. Если во снах ее посещало пугало, так происходило всегда: брызги крови прямо в лицо, вой и вскрик, разошедшийся эхом по пустому серому городу, и умершее лицо защитника с пустыми открытыми глазами. Сколько Миён ни думала, но не могла различить до боли знакомые лица: и пугала, и защитника. Образ складывался в голове нечетко, а порой явственно, но фрагментарно, однако тут же ускользал. Щелкнула кнопка включившегося ночника, комната озарилась тусклым светом. Миён сняла с зарядки телефон и проверила, как давно Уён был в сети. Давно… Всё равно не уснуть, а побыть рядом с ним, хотя бы смотря издалека, очень хотелось.
Натянув на себя первые попавшиеся штаны, двигаясь словно в прострации из-за ужасного сна, она порылась в собственной одежде, но в итоге бросила взгляд на сумку Уёна с вещами, выудила оттуда его оверсайз худи, натянула, вдохнув любимый отрезвляющий запах, и спустилась вниз. В комнате Ёсана как всегда весело: они с Юнхо явно во что-то играли. Не спала и Чанми: сидела на кухне, по миллиметру отхлебывала чай и смотрела в экран телевизора, однако словно не вникала в то, что там происходит.
— Сан спит? — бесцветным голосом спросила Миён, остановившись ненадолго.
— Он еще не приезжал и не отвечает… Я жду его, — тяжело вздохнула Чанми, но не стала вдаваться в подробности, вновь отрешенно посмотрев в стену. — У него раньше была привычка уходить куда-то и не говорить мне, хотя мы это выяснили… Если ты к Уёну, я буду благодарна, если спросишь, не знает ли он, где Сан… Прости, что прошу о многом.
— Ладно, спрошу, — безразлично бросила Миён, обула сапоги, натянула куртку, подцепила указательным пальцем ключи от машины, залезла в салон и повернула ключ зажигания, решив дождаться, пока «Хонда» прогреется.
На улице хлопьями падал снег, кусался чуть морозный воздух, покрылся небольшими узорами край лобового стекла. Одиноко, навевает тот самый сон… Этот город весьма странен: в нем то царит такой зной, что нечем дышать, а то Миён бродит по пустым дорогам босиком и в белом платье, словно привидение, старается дозваться своего защитника раньше, чем появится пугало, но оно каждый раз оказывалось хитрее. Еще и сонники ничего внятного на этот счет не говорят, а в некоторых статьях в примечаниях вообще советуют обратиться к специалисту, мол, часто повторяющийся сюжет, пусть и в разных вариациях, может быть навязчивой идеей. Тронувшись с места и осторожно вырулив на дорогу, Миён фыркнула. Странная какая-то навязчивая идея — пугать себя непонятно чем. Единственное, что ее связывало с пугалом, — то, что она наряжалась в него один раз на Хэллоуин.
А центр города, как и всегда, жил своей жизнью: насыщенной, красочной, яркой и совсем не пустой. Припарковавшись у бара, Миён проигнорировала настойчивые улюлюкания курящей группы молодых парней, возможно, младше ее самой, и вошла внутрь, сходу бросив взгляд на барную стойку. Уён как всегда: до безумия привлекателен, сильно раздет и улыбчив. Смешивает коктейли, консультирует и разливает крепкий алкоголь по рюмкам. А лучше бы был сейчас в тишине и теплой кровати рядом.