— Мне безалкогольный цитрусовый, пожалуйста, — проговорила Миён, усевшись на стул практически напротив Уёна, и тот, уже нисколько не удивившись, усмехнулся, тут же принявшись за дело. — Только со льдом не переборщите, как в прошлый раз! Я же плачу деньги, мне должно быть вкусно.
— А это за счет заведения, — ответил Уён, выбрал самую красивую, на его взгляд, трубочку с зонтиком и пододвинул резной стеклянный стакан Миён, затем подмигнув. — Я тоже соскучился… — признался он, разливая по рюмкам янтарный виски. — Но уже конец недели, один день осталось потерпеть, и я снова на ночь весь твой. А потом придется по старинке: после учебы ко мне. Только чур реально заниматься учебой, как это было давным-давно!
— Вот именно, что давным-давно… Надо же иногда разбавлять учебную рутину чем-то интересным. Например, мы с тобой ни разу не ходили в кино, нужно выбрать день и обязательно сделать это. Хотя бы на выходных… Только не говори, что будешь в основном во время них работать и учиться, — захныкала Миён, поняв по взгляду Уёна, что именно так он и собирается делать. — Ладно, но не во время посессионных! Там ты найдешь на меня время и силы.
— На тебя они всегда найдутся.
Уён попросил Миён сесть за столик и заказать себе что-нибудь, пока он работает, а через полтора часа отправился на перерыв, попросив у хозяина разрешения взять с собой в комнату для персонала и — подумать только, наконец сказал! — свою девушку. Приятно знать, что в мире есть добрые понимающие люди, которые иногда переступают через собственные правила. Взяв себе небольшой перекус, Уён тут же набросился на него, сгорбившись в позе креветки, и, чавкая, спросил:
— Ты опять не можешь уснуть? Может, тебе надо к врачу? Пропишет что-нибудь от бессонницы. Я хочу, чтобы ты отдыхала.
— Может быть, чуть позже. Постоянно один и тот же кошмар снится. Он, конечно, постоянно меняется, но суть одна и та же… — грустно протянула Миён, надув щеки и подперев их кулаками. — Здесь хоть и громко, но лучше — сижу да читаю и тебя караулю, чтобы никакие девочки не приставали.
— Скоро повешу себе бейджик с надписью, чья я собственность. Это ты еще не знаешь все случаи, когда меня хотели по углам в универе зажать или предлагали встретиться после пар, чтобы я там плату за помощь в учебе получал… И от наших, и от первокурсниц, и даже от старших иногда, — Уён загадочно улыбнулся, рассмеявшись от того, как покраснела Миён, вся скривившись. — Ты прям как фея Динь-Динь, всех за своего Питера Пэна зарезать готова, — сказал он и осекся, услышав, как звонит телефон. — Секунду… Чанми?.. Что-то случилось?
— Она не может Сана найти… — пожала плечами Миён. — Какая разница?
— Не может найти… Сана?! — испуганно вскрикнул Уён, дрожащими руками взяв трубку, выслушал плачущую навзрыд Чанми, а потом тут же полез в новостные паблики и каналы. — Нет, только не это… Вот идиот! — он хлопнул себя по коленке. — Миён, мне надо будет уехать, я догадываюсь, где Сан, а ты — домой! И возражения не…
— Уж нет, я тебя отвезу! — спохватилась Миён, ни на шутку разволновавшись. — Поехали, куда там надо? Кому ты звонишь? Сан вряд ли возьмет…
— Феликс! — крикнул в трубку Уён. — Не могу дозвониться до Сынмина, где он?.. Ладно, хорошо, понял, тогда передай ему, чтобы срочно надевал форму и тащился в участок! Немедленно! Нам без него там точно не справиться, а я уже сейчас приеду туда, — Уён выслушал что-то из того, что ему сказал Феликс и сбросил трубку. — Поехали в центральный полицейский участок, пока не поздно… Вот же… поганец! Нахера он опять туда поехал?!
*****
Вынужденный терпеть возмущенные крики сидящих рядом арестантов, Сан закатывал глаза, когда слышал очередное: «Мы вообще здесь ни при чем, мы просто посмотреть пришли!», «Какое дело полиции, куда мы тратим свои деньги? Такое развлечение у нас, и что?», «Да какое право вы имеете держать нас тут в наручниках?! Меня дома жена ждет, я ей кольцо обещал!» У Сана так безумно трещала голова, ему хотелось вырубить кричащего во всё горло мужлана локтем и желательно хорошенько расквасить кое-кому нос. Кольцо он, сука, обещал… Несмотря на все меры предосторожности, которые предпринял Ким Миндже, вся его подпольная деятельность накрылась медным тазом, что было вполне ожидаемо. Сану лишь было жаль, что не днем позже.