— Сиди на месте, — приказал Сан, снова спрятав Миён за себя. — Эта химера тебе сейчас такой лапши на уши навешает, еще и ключи от квартиры Уёна попросит, чтобы там поселиться. Ты просто не знаешь, как госпожа Чон, — он саркастично хмыкнул, — мастерски умеет превращаться в пиявку и присасываться к другим людям, вернее, к их деньгам.
— Всё в порядке… — тронутая заботой и при этом чувствуя себя максимально неловко, Миён коснулась ладонью плеча друга. — Мы просто поговорим, я потом вернусь сюда. Пожалуйста, напиши, если что-то вдруг изменится, ладно?
Сан тяжело и раздраженно вздохнул, но всё же кивнул.
Зная, где здесь неподалеку находится неплохая кофейня, Миён попросила идти за ней и, стараясь не оборачиваться, молча направилась к выходу. Знакомство вышло очень уж необычным и внезапным, зато чувство отчаяния ненадолго пропало, и сейчас стало казаться, что выздоровление Уёна — дело решеное, что это лишь вопрос времени. Только бы так и было. Госпожа Чон тоже не спешила подавать голос, идя и разглядывая людей, витрины магазинов, занесенную плитку под ногами, а Миён жадно вслушивалась в скрип снега да стук собственных каблуков. Пропустив мать Уёна вперед себя, она подошла к свободному круглому столику на двоих и попросила официанта принести две чашки горячего капучино.
— Значит, вы догадывались о том, что у Уёна есть девушка? — спросила, чтобы хоть как-то начать беседу, Миён и сложила руки перед собой. — Он много рассказывал мне о вас, но сказал, что для знакомства с родителями еще слишком рано, — соврала она, решив опустить детали разговора об уровне жизни и всем таком прочем.
— Сложно не догадаться, — ответила госпожа Чон замогильным голосом, рассматривая собственные потрескавшиеся и неухоженные ногти. Миён показалось, что под ароматом дешевого парфюма скрывается небольшой запашок от табака. — Раньше Уён заезжал домой чаще, а потом перестал, даже после того, как мы помирились. Скажи, милая, как давно вы вместе?
— Ох, не так уж и давно… С ноября, — проговорила Миён, сама удивившись тому, как это мало. Такое ощущение, что гораздо дольше. — Были влюблены друг в друга какое-то время, боялись признаться, и вот, всё выяснив, начали встречаться. Простите, что говорю об этом сейчас, когда Уён в больнице… Очень соболезную. Мне тоже нелегко, но вам, как матери, должно быть, в три раза тяжелее.
— На самом деле, у меня ощущение, будто всё это неправда. Я далеко не черствый человек, но пока даже плакать не могу… Ничего не чувствую, — призналась госпожа Чон, и Миён неловко закивала. С ней происходило примерно то же самое, хоть реальность и начинала потихоньку давить на плечи. — Когда мне позвонили из больницы, я подумала, что это какая-то ошибка, но сразу примчалась. Я давно не видела сына, даже допустить не могла, что когда увижу, он будет лежать на койке в больнице… Как он вообще? Что у него нового?
Миён какое-то время помолчала, взвешивая все «за» и «против» того, чтобы сказать об учебе по обмену, но решила, что этого делать не стоит. Всё же то, как об этой довольно приятной по первому впечатлению женщине отзывался Сан, наложило свой отпечаток. Не доверять другу, который заботился об Уёне больше, чем кто бы то ни было, у Миён не было причин. Как раз в это время им принесли ароматный кофе.
— Ничего… Сейчас всё так же работает, мы видимся только в университете и на выходных. Они с Саном и Юнхо, парнем, который сидел с нами, жили у меня дома неделю, а потом вернулись мои родители. Уён у вас замечательный, — с улыбкой сказала Миён и робко взяла госпожу Чон за руку. — Вы воспитали чудесного сына, которым я очень дорожу, и уверена, что он скоро к нам вернется.
— Да, только это нам и осталось — верить, — грустно хмыкнула госпожа Чон, понурив голову и принявшись что-то разглядывать. — Красивое кольцо. Дорогое. Откуда оно, если не секрет?
— Уён подарил, — с нежностью в голосе проговорила Миён. — Мы тогда еще не встречались, ходили по магазинам, выбирали ему одежду, а он взял и купил в подарок. Честно говоря, я отказывалась, но он пригрозил в таком случае выбросить, — она рассмеялась собственному воспоминанию, прикрыв глаза, и не заметила, как улыбка госпожи Чон угасла, сменившись выражением легкого недовольства. — Если честно, поначалу мы с Уёном не ладили, но потом всё изменилось. Он правда замечательный.
— Да, я знаю… Он всегда таким был: добрым и щедрым, — ответила госпожа Чон и глотнула кофе, из-за чего обожгла язык. — Вот же ж, мать твою!.. — воскликну она, скривившись в лице, из-за чего еще сильнее проступили морщины. — Прости, милая, иногда я могу выражаться не очень… Эй, холодного притащите, быстро!
— Ничего, — перебила Миён и кивнула, крикнув официанту, чтобы принес воды со льдом. Очевидно, госпожа Чон не имела практически никакого представления о том, как вести себя в подобного рода заведениях, но это, пожалуй, поправимо. — Теперь нам, наверное, придется часто видеться, только я выхожу работать, чтобы немного помочь Уёну… Он сильно устает.