— А меня не приглашали? — на полном серьезе спросила госпожа Чон.
У Миён аж сердце в пятки ушло.
— Да шучу я! — госпожа Чон громко расхохоталась, а Уён еле заметно сглотнул. — Но нам нужно будет познакомиться с твоими родителями, раз уж у вас двоих, как я поняла, всё серьезно. Но это позже, сначала Уёну надо восстановить силы, да и мои вещи к нему в квартиру перевезти.
Теперь сплохело уже Уёну, настолько, что затряслись руки, но он, преодолев колкий животный страх, подал дрожащий голос:
— Не думаю, что будет удобно… У меня же типа квартира-студия. Раньше это была просто маленькая однушка, но там хозяева стенку сломали, вот… Я даже не знаю, где тебе спать, не в одной же кровати со мной. И шкаф там только на одного рассчитан.
— А на кухне места много?
— Оно есть, но…
— Вот и купим туда диван, — пожала плечами госпожа Чон и сама себе налила еще вина, сделав крупный глоток и с грохотом поставив фужер на стол. — Должна же мать о тебе позаботиться. Там потом вместе на работу выйдем. Не переживай так, сынок, когда Миён будет приходить, выйду куда-нибудь.
— Мама, я вообще… — Уён ощутил, как Миён буквально вцепляется в его руку под столом. — Мне кажется, жить нам с тобой вместе — это плохая идея. Некому будет следить за этим домом, кроме тебя, отец его просто развалит, в центре куда труднее найти работу, я постоянно занят, да и места мало. Правда мало.
— Ну и что? Я уже подыскиваю работу. Если что, сменим квартиру. Все эти проблемы очень даже решаемы, — словно не понимая, к чему клонит Уён, продолжала госпожа Чон. — Короче, не оставлять же тебя одного, в конце-то концов. Или что? Там у тебя Сан за папашу, что ли, и он против? Или ты, Миён, может быть против моего общества?
— Нет, что вы!.. Это не мое дело, а…
— Мама, я просто не хочу, чтобы ты жила со мной, — наконец сказал как есть Уён, лишь бы отвести от Миён удар. — Я привык справляться один, помощь мне нужна, а если вдруг понадобится, то друзья всегда рядом. Тебе это не надо, работу ты там не найдешь, а один я нас двоих не потяну. Миён и так мне деньгами помогает.
— Ну на подарки же у тебя деньги находятся, — госпожа Чон выразительно посмотрел на кольцо, что блестело в свете лампы, нанизанное на палец Миён. — Ладно, не хочешь — как хочешь. Я только пыталась помочь, — она снова сделала глоток вина. — Раз ты уже так вырос, что помощь матери для меня излишня, то разбирайся со своими проблемами сам, только потом не ной.
— Не буду, — оскалился Уён, потеряв всякое подобие аппетита.
— Миён, кушай. Если сидишь на диете, то сейчас забей, для вас же старалась. Как наешься, по всем традициям знакомства с родителями буду показывать тебе наш семейный альбом, глянешь на Уёна маленького.
— С удовольствием, — кивнула Миён и заставила себя взяться за палочки.
Дальше разговор перешел в более обыденное русло, но Уёна уже трудно было расслабить. В какую бы комнату мать ни повела Миён, он бегал за ними хвостиком, старался садиться между ними обеими, переключать темы беседы, если вдруг ему что-то не нравилось, и не выпускал из виду ни одного жеста госпожи Чон, чего-то боясь, словно в какой-то момент эта рука может ударить. Они действительно достали семейные альбомы, но Уён не очень-то хотел просматривать свои детские фотографии, потому что знал — у него всплывет масса воспоминаний: и ужасных, и теплых, но омраченных тем, что происходит сейчас.
— Вот здесь мы на речку с друзьями ходили, — сказала госпожа Чон, указывая на фотографию, где Уён сидел полураздетый, еще лет десяти, и строил замок из песка. — Помню, Уён тогда песка в шорты насобирал, а они новые были… — она рассмеялась. — Зато повеселились!
«А отец за ухо оттаскал, так, что оно потом неделю болело, — пронеслось в голове у Уёна. — Однозначно счастливый был денек».
— Ты такой милый, — улыбнулась Миён, взглянув на него, стоящего за спинкой дивана. — Даже не сразу узнать можно.
— Да ходил бы он еще в чем-то нормальном, а не этих безразмерках! Как бомж какой-то, честное слово, вечно из-за него краснеть приходится. Ну подумаешь, поправился в больнице, чего там от матери-то скрывать? — госпожа Чон подошла к сыну, подергала его за рукав и поцокала. — Сынок, принеси мне соджу, пожалуйста, на кухне стоит. Вы будете?
— Нет. Мам, может, не надо?
— Надо, надо! Неси!
— Не принесу. Мы собрались не для выпивок, а чтобы пообщаться и познакомиться поближе, — ответил Уён, всем своим видом показывая твердость, но стараясь говорить как можно более ласково. — Отец пусть носит, когда нас здесь не будет.
— Что-то не так? — спросила мать, впрочем, без всякой нежности.
— Ты и так уже пьяна, тебе хватит. Да и еще вот думаю, кто тебя будет останавливать, когда я уеду! — озлобишись окончательно, стоило только услышать про соджу, воскликнул Уён, и Миён подскочила с дивана. — Ты обещала остановиться, мы с тобой договаривались, что пока здесь Миён, ты будешь вести себя прилично, а ты уже начала со своим соджу! Нет, не принесу, и точка!