Я потянулась до того места, где исчез свет, и упала вперед, расплескав воду. Я была слишком слаба, чтобы плыть. Мои глаза закрылись, как только я погрузилась на дно бассейна. Я тянулась за мамой, хватаясь за способ спасти Трейгана, но ни того, ни другого не нашла.
На самом деле, я никогда не падала в обморок.
Мое тело начало неметь, а разум затуманился, когда вокруг меня начало что-то происходить, но я помнила какие-то кусочки и отрывки: Панго достал меня из бассейна, завернул в полотенце, а затем опустил на кровать. Один раз я увидела Меррика, он шевелил губами, говоря что-то, но я не слышала его. Я помню запах спирта, укол в руку, затем, в итоге, взгляд сосредоточился на потолке из деревянных балок.
Я долго смотрела на них, думая о том, что нужно двигаться или хоть что-нибудь делать, что угодно, но я не могла. Я не могла открыть глаза, но и уснуть тоже не удавалось.
Долгое время мой мир состоял только из того, что я видела, закрыв глаза. Я не заметила, что все было мерцающего золотого оттенка. Не могла вспомнить, что видела, когда закрыла глаза, будучи человеком, но оно точно не было таким ярким и сверкающим.
Я заставила себя открыть глаза и снова посмотрела на дощатый потолок.
Затем я закрыла веки.
Потолок.
Веки.
Снова и снова, кое-что не изменилось: потолок, веки, Панго.
Я держала глаза открытыми, и он улыбнулся.
- Вот и она. Добро пожаловать обратно в Оз, Леди Дороти. Мы по вам скучали.
Мой живот больше не болел. Я села, а мышцы не казались размякшими. Панго поправил подушку позади меня. Я лежала на его кровати с катетером в руке. Рядом со мной на трехзубчатом торшере висел пакетик с жидкостью.
Я чувствовала себя намного лучше.
Бред.
- Хорошо, что ты русалка, - поддразнивал Панго. - Иначе ты бы утонула в том бассейне. Предполагалось, что ты останешься лицом кверху, понимаешь? Будешь находиться лицом вниз, кожа обвиснет.
- Яра, как ты себя чувствуешь? - спросил Меррик, сидя с другой стороны от меня.
- Лучше, - они все испортили. Я сделала сильные успехи, ослабляя себя и налаживая связь с мамой, а они все испортили, накачав чудесным соком.
Панго положил на меня руку.
- Пожалуйста, скажи, что это была не попытка суицида. Жалость к себе не в моде.
- Я не самоубийца.
- Тогда почему довела себя до такого? Ты и моя сестра, мое слабое сердце не вынесет такого.
- Прости, Панго, - он заслужил право знать правду. У нас осталась лишь неделя. Если бы я ему все объяснила, он, возможно, понял бы, и мы бы попытались снова. - Это был единственный способ, когда я могла..., - я взглянула в его изумрудные глаза и сделала глубокий вдох, - связаться с мамой.
Кровать подпрыгнула, как только Панго и Меррик резко с нее встали.
- Еще раз, - сказал Панго.
- Ночью, когда Никси забрала меня на вечеринку Ровнана, мне было плохо... очень плохо... и я видела маму. Я думаю, она хотела мне что-то сказать. Перед тем, как я упала в бассейн, она сказала, что кто-то может умереть. Я думаю, у нее есть ответы на мои вопросы, но чтобы говорить с ней, мне нужно быть в очень плохом состоянии.
Меррик выпучил глаза, напоминавшие по цвету лимон.
- Ты понимаешь, как безумно это звучит?
- Ты шутишь? Мы наполовину рыбы. Мы управляем водой, говорим при помощи телепатии и передаем друг другу воспоминания, а общение с духами кажется бредом?
Панго массировал свои виски.
- Что еще она сказала?
Меррик подпрыгнул.
- Панго, ты серьезно в это веришь?
- Яра права. Почему это должно казаться невозможным, учитывая то, каким магическим является все существующее? - Панго положил голову мне на голову. - Продолжай, что еще сказала твоя дорогая мамочка?
Я вновь прокрутила ее слова в своей голове. Посетить... сирена... кровь.
- Я думаю, она хотела, чтобы я отправилась к сиренам.
- Невозможно, - сказал Меррик. - Этого не будет.
Я попыталась сорвать с себя одеяло, но на моей руке дернулся катетер.
- Подумай об этом. Объяснение того, как открыть ворота лежит в форме стиха, а морские жители и Селки по-разному интерпретируют его. Сирен создали в качестве дополнения горгонам, чтобы они доставляли им сообщения, верно?
Панго кивнул, но Меррик смотрел на меня так, словно настороженная рысь, готовая наброситься.
- Это могло иметь хоть какой-то смысл, - продолжала я, - то, что сирены будут лучшим способом верной интерпретации стиха?
Меррик подбоченился.
- Думаешь, Фиалки до этого не додумались? Они просили их перевести стих, как только ворота закрылись.
- И что они сказали? - спросила я.
Панго качал головой из стороны в сторону.
- Мне кажется, их ответ был чем-то в роде «Катитесь к черту».
- Они не помогут вам?
- Конечно, нет, - ответил Меррик. - Им тут нравится. Им становится плохо так, как нам. С тех пор как ворота закрылись, они им уже не нужно проводить время, передавая воспоминания горгонам, чтобы те были сыты. Они не хотят, чтобы ворота открылись.
Сирены знали ответ. Я была в этом уверена. Вот почему моя мама пыталась поговорить со мной. Я должна их увидеть.
- Моя мама была одной из них. Разве это не дает мне хоть какие-то права на их секрет?
Меррик засмеялся, но Панго смотрел на меня все серьезнее и задумчивее. Было странно видеть их поменявшимися ролями.
- Фиалки никогда не позволят тебе увидеть их, - произнес Меррик. - Никси украла тебя, боже правый.
- Он прав, - пробормотал Панго. - Фиалки не позволят.
- Все это абсурд, - Меррик встал позади Панго, похлопывая его по спине. - Мы должны завтра встретиться с Фиалками, чтобы сообщим им о Яре. И что мы им расскажем? Что она вообразила новый план с ее умершей матерью? - фыркнул он. - Я так не думаю.
Я села и наклонилась вперед.
- Панго, ты должен рассказать, каков план Селки. Возможно, это поможет мне выяснить, что имела в виду моя мама.
- Не раньше, чем тебе станет лучше, - рассердился Меррик.
Панго потряс головой.
- Меррик, ты мне нравишься, но заткнись. Ты слоняешься позади меня, как изводящая мужа старуха. Иди приготовь пирог или еще чего-нибудь.
- Не затыкай меня. Если тебе не нужна моя помощь, так и скажи.
- Не нужна, - Панго встал и вытолкнул Меррика из комнаты. - Я не говорю, что верю в глупости с духами, но мне нравятся хорошие истории, как Моби Дике. Так что тихо, - он помахал ему из-за двери и закрыл ее. - Святые горгоны, этот парень может помотать нервы.
Панго опустил стакан с соком на мою тумбочку у кровати.
- Как бы я хотел, чтобы это был гранатовый мартини. Хороший владыка выпивки знает, что мне нужен один для того, что я собираюсь тебе рассказать. У нас немного времени, поэтому я надеюсь, что ты надела свои девчачьи панталоны храбрости.
- Я смогу с этим справиться.
Панго перекрестился.
- План Селки - убить тебя.
- Что? - прохрипела я.
- Я понимаю. Бессердечная шпана.
- Ровнан никогда бы не позволил им навредить мне.
- Оу. Мило, что ты веришь в это. Но в их сумасбродных мыслях, Ровнан единственный, кто может отвести тебя к воротам. Любой, кто не является горгоной, или горгона хотя бы отчасти, и плавает в Катакомбах, будет превращен в камень.
Я чувствовала, как кровь приливает к моему лицу.
- Вот почему Ровнан заколдовывал меня? Он хотел, чтобы я доверяла ему, тогда он мог отвести меня в Катакомбы и превратить в камень?
- Нет, Сеньорита Солнечный лучик. В соответствии с проклятьем горгон, душа должна быть принесена в жертву. Селки и морской народ понимают это совершенно по-разному. Помни, они делятся своими душами через кровь.
Я так сильно сглотнула, что чуть не поперхнулась.
- Ровнан хочет моей крови?
- Они верят, что твоя кровь распространится по могилам в Катакомбах... по всем. В стихе есть какая-то чушь о принесении в жертву ради всех потерянных душ, поэтому они могут вернуться... или это какой-то вздор, и те отмороженные болваны разобрали все неправильно. Появился слух, что твоя кровь воскресит погребенные там души.