- Моя... может, это возможно... нет, ведь? Это бред.
- Конечно же бред. Когда ты умрешь, ты просто умрешь. У меня есть друзья, которые погребены в тех Катакомбах, и я хотел бы увидеть, как они поднимутся со дна океана, но ты не думаешь, что они, возможно, будут рассержены, узнав, что прожили восемнадцать лет в состоянии камня? Это нелогично.
С трубкой в своей руке, я заерзала на кровати.
- Ты не веришь, что моя мама говорила со мной, верно?
Он посмотрел на дверь и тихо сказал:
- Возможно. Если бы она узнала что-нибудь из того места, где находится, тогда, наверно, она попыталась бы тебя вразумить, прежде чем стало бы слишком поздно. Сейчас наши два единственных плана заканчиваются по-шекспировки, как у Ромео и Джульетты... ни одна мать не хотела бы такого для своей дочери.
Моя мама недолго заботилась обо мне, пока была жива. Возможно, она хотела попытаться все исправить, находясь по другую сторону.
Я зачесалась в том месте, где была трубка.
- Ты можешь убрать эту штуку? Она надоедает.
- Конечно, - Панго встал и принял на себя роль медсестры. Он издал вздох разочарования, когда постучался Меррик. - Минутку, мистер Гранди!
- Две минуты, Панго! - кричал Меррик через закрытую дверь. - Если к тому времени вы двое еще не закончите свое заседание, я звоню Фиалкам, чтобы показать сеанс экзорцизма.
Панго взглянул на дверь и высунул язык.
- Он пытается пошутить, но шутки не для него. Я расскажу тебе мой план, но мне придется поторопиться. У нас немного времени.
Я кивнула, когда он приклеил пластырь к моей руке.
- Если есть другой способ открыть ворота, то тебе придется его выяснить. И ты не сможешь сделать это здесь, в Солис. Завтра Фиалки будут требовать от нас правду, а лгать мы не можем. Меррик, как верный пес, выдаст все до мелочи, а Фиалки никогда бы не поверили, что на доске Уиджи может быть расписан другой план. Возможно, сирены будут лучшим вариантом. Оставайся с ними, пока все не выяснишь. Потому что, если ты не согласишься с нашим способом и не сможешь поклясться Фиалкам в том, чтобы заберешь у Трейгана все его песни, Фиалкам придется отдать тебя Селки. Никто из нас этого не хочет. Что ж, мой законный арестант, тебе придется долететь до этого курятника и найти свое последнее чудо.
- Но что на счет Меррика?
- Об этом я позабочусь. Просто слушайся меня, когда мы выйдем из комнаты, - перед тем, как Панго повернул ручку двери, он сделал паузу и прошептал. - Будь осторожна с сиренами. Если тебе покажется, что они в сговоре с Селки, удирай оттуда.
Посетить... сирены... кровь... умереть.
Я тихо молилась о том, что я правильно поняла сообщение мамы.
Я споткнулся о первую ступеньку крыльца, посылая проклятья себе под нос. Постучал в дверь, прислонился к перилам и стал ждать. Через несколько минут дверь со скрипом открылась, и мы пристально смотрели друг на друга.
- Ты мог хоть включить свет на крыльце? - проворчал я.
- Ты пьян? - спросил Ллойд.
Мне казалось, что крыльцо качается подо мной.
- С чего бы? Предлагаешь мне выпить?
- Я ничего тебе не предлагаю, но задаюсь вопросом, какого черта ты делаешь у меня на пороге посреди ночи?
- Яра. Что же еще?
Он шире открыл дверь.
- Заходи, но оставь всю свою злость за дверью. У меня нет достаточно сил, чтобы бороться с тобой.
В жуткой тишине мы сели за стол на кухне. Ллойд не дал мне сказать и слова, пока я не поел и не выпил немного кофе.
- Ненавижу кофе, - эти слова я произнес неразборчиво. - Он не отрезвляет. Все это сказки.
- Он взбодрит тебя. Выглядишь так, будто вот-вот упадешь. Не говоря уже о запахе спиртного, которым провонял мой дом.
- Пройдет через несколько дней.
Он хмыкнул и стал наблюдать за тем, как я отхлебываю эту испускающую пар, негустую жижу. Я боролся с желанием выплюнуть ее.
- Ладно, - сказал Ллойд. - Выкладывай.
- Ваша приемная племянница влюблена в Трейгана.
- Вон оно как.
Я поставил кружку на стол.
- Я пришел сюда, чтобы просить совета. Можешь не быть придурком?
- Прости. Напомни мне, когда в последний раз мы сидели вместе и мило разговаривали? Я не могу припомнить ни одного случая, когда у нас был хоть один разговор как у отца с сыном.
- Избавь меня от своих саркастичных шуточек. Ты знал, где меня найти, если бы хотел увидеться.
- Месяц ты выхаживал вокруг этого острова, перед моей дверью, как минимум, уютно устроился в одном из моих домов, и едва сказал мне пару слов. Думаешь, я не знал, для чего это? Тебе повезло, что я не рассказал Яре, кто ты и что затеваешь.
- На себя посмотри, - ухмыльнулся я. - Чем больше ты суешь свой нос, тем слабее становишься. Джек знал, что ты не сможешь меня остановить. Посмотри, что стало с твоими почками, когда ты помог Вирону создать то заклятье. Ты едва держишься. Мы все сильно удивлены, что ты еще не умер.
- Не шути, - проворчал он. - Мне приходится каждый день следить за своей походкой. Если бы я вмешался снова, у Яры бы никого не осталось. Ты хоть сколько-нибудь понимаешь, сколько раз я хотел привнести хоть какой-то смысл в твою жизнь?
- Пытаясь заработать очередную награду «Отец года»?
- Черт, Ровнан, ты мой сын! - он хлопнул рукой по столу, разбрызгав кофе вокруг моей кружки. - Мне ужасно не нравится, что ты позволяешь Джеку садиться тебе на голову и командовать тобой, даже когда ты неправ. Но я все равно люблю тебя. Не важно, веришь ты в это или нет, но я всегда любил тебя.
- Полный бред! Оглянись вокруг. Все твои драгоценные статуэтки вырезаны в форме русалок, сирен и горгон, но ведь ни одного Селки, так? Упаси боже, если хоть один из видов твоих внебрачных детей представлен в доме.
Он опустил глаза и повернул в сторону свою лысеющую голову.
Я сжал свою кружку и уставился на круг, оставшийся на столе от кофе.
- Ты мой единственный отец, но ты ненавидишь меня за то, что сделала моя мама.
- Я уже давно простил твою мать. И я, и Лиора простили ее.
- Ха! Думаешь, Лиора умирала, не возмущаясь от того, что моя мама родила тебе первенца?
- Лиора тоже подарила мне ребенка.
- Ребенка, который убил ее.
Он снова ударил рукой по столу.
- Заткнись!
- Ты предпочел бы, чтобы это был я, не так ли? Чтобы я добровольно отправился жить к горгонам? Для Трейгана, твоего любимого сына, ты сделал бы все, что угодно. Для меня - ничего
- Твой брат проклят способностью превращать людей в камень. Думаешь, он считает себя моим любимым сыном? Разве ты не понимаешь, что вы трое прокляты, это тяжелое бремя и роковая ошибка? Большую часть времени я ненавижу себя за то, что вмешивался в дела природы. Я жадно бросал камни в воду и смотрел на гладь, разрушаемую рябью, - он сделал глубокий вдох. - Но потом я думаю о вас, мальчиках, и о Яре, и о том, как сильно я люблю вас. И понимаю, что делал бы это снова и снова.
Я покачал головой и встал.
- Да, верно.
Обратиться к Ллойду за помощью было огромной ошибкой.
- Сядь. Я еще не закончил, - он наклонился вперед, положив свои бледные руки на стол. - Последние восемнадцать лет похожи на ночной кошмар. В последнее время, единственное, что делало это время сносным, это Яра и Лиора.
- Лиора?
Он провел рукой в воздухе.
- Она по-прежнему здесь. Она убедила меня, что все это не зря. Моя помощь Вирону и Клео в превращении в людей, нарушенное обещание, закрытые ворота, война между морскими существами, между моими сыновьями - все это произошло по какой-то причине. Это единственное, почему я продолжаю жить. Иначе я бы сказал Яре правду много лет назад и позволил бы проклятью убить меня. Я не мог оставить ее одну. Мне пришлось поступить правильно.