— Ну, хорошо, ты прав, — нехотя согласился Рокотов. — Займись пока своими делами. Приступите к допросу минут через тридцать. Он уже должен будет дойти до кондиции за это время. По нему же видно, что мелкая сошка, и оказаться в СБ после провала, наёмники такого уровня явно не ожидают.
— Я пока к себе, кофе попью, а то с утра мне этого не дали сделать, — пробормотал я, направляясь к своему кабинету.
Эд уже был на месте и странным взглядом смотрел в монитор на своём рабочем столе.
— Я пытаюсь составить твоё расписание, но пока длится эта катавасия с ремонтом, ничего путного не выходит, — Эдуард раздражённо бросил карандаш на стол и поднял, наконец, на меня глаза. Осмотрев с ног до головы, мой личный секретарь поморщился. — Ты в своём репертуаре. С завтрашнего дня, я, пожалуй, повешу в шкаф пару нормальных костюмов, чтобы ты мог прилично выглядеть хотя бы на рабочем месте. Что опять произошло?
— Ничего, кроме того, что меня хотели убить, — я упал на один из диванчиков, расставленных в приёмной. — Вчера ко мне заявился Ромка, у которого внезапно возникла потребность в общении и боязнь одиночества. Утром завалился Лео, и я узнал, что меня, как девочку из десятой Гильдии, доставили в школу для удовлетворения потребностей двух отпрысков Древних Родов. А по дороге на работу меня попытались простенько и без каких-либо изысков пристрелить. Я был настолько зол на Сашу и крёстного, что ничего не заметил, меня Ромка вытолкал из-под обстрела. Сейчас мой несостоявшийся убийца в допросной, и это всё, что я хотел тебе сказать. Хотя нет, не всё. Пока я прихожу в себя, попрошу тебя заказать мне какой-нибудь еды и сделать кофе.
Я вскочил на ноги и направился в свой кабинет, оставляя Эда переваривать всё, что он только что услышал.
Глава 10
Я просматривал сводки за прошедшую ночь, методично ковыряясь вилкой в каком-то салате. Ничего на первый взгляд слишком катастрофического в нашей многострадальной стране за прошедшие двенадцать часов не произошло.
Как же надоело уже быть слепым котёнком! Нужна информация, которой нам так не хватает. Тот же Джонс как-то смог проникнуть в мою страну, минуя все ограничения, барьеры и идентификаторы. Где-то, значит, остался неучтённый канал, по которому и переправляются наёмники и другая контрабанда.
Дверь в кабинет распахнулась, и к моему столу тихонечко подошла Ванда, снимая на ходу туфли на высоких каблуках. Молча обойдя стол, она села на него, закинув ногу на ногу и, расстегнув верхнюю пуговицу на блузке, наклонилась ко мне.
— Приятного аппетита, — прошептала она мне на ухо. — Дмитрий Александрович, может, хотите к завтраку чего-нибудь ещё, более приятного и специфического?
— Что ты делаешь? — выдохнул я, стараясь понять, какая муха укусила подругу. — Вообще-то я ем.
— Как это что я делаю? Я тебя соблазняю, — её губы почти коснулись мочки моего уха, после чего она медленно отстранилась. — Я же, судя по слухам, распространяющимся по СБ с невероятной скоростью, именно этим и занимаюсь с раннего утра, — Ванда вновь наклонилась ко мне, касаясь губами моей щеки. — Дмитрий Александрович, неужели я вам совсем не нравлюсь?
— Ванда, я ем! — я закатил глаза и отодвинул контейнер подальше от неё. — И да, как женщина ты мне не нравишься. С того времени, когда ты почти голая носилась по моему поместью по ночам к холодильнику и обратно, ничего не изменилось, увы. Ты же знаешь, что мне нравится немного другой тип девушек, — я отодвинул свою еду ещё дальше от фыркнувшей девчонки и повернулся к входной двери, когда в кабинет вошёл Гаранин.
— Не помешаю? — он посмотрел на нас и покачал головой. — Чем вы тут занимаетесь, пока я делаю странные вещи, копаясь в мусоре возле твоего дома? — поинтересовался он, недоумённо разглядывая Ванду, сидевшую на моём столе.
— Я пытаюсь соблазнить Диму, но он не соблазняется, — ответила Ванда, разглядывая при этом меня. — А ещё он меня только что толстой назвал, — тряхнула кудряшками Ванда и спрыгнула наконец со стола, застёгивая блузку.
— Я этого не помню, но тебе виднее, — я захлопнул папку со сводкой и принялся доедать салат, пока его у меня никто не отобрал.
— Дима, ты мог бы как-нибудь поделикатнее об этом сказать. Вэн же всё-таки женщина, — протянул Ромка, глядя, как Ванда прыгает на одной ноге в жутко неудобной на вид туфле, пытаясь надеть вторую.
— Гаранин, ты себя бессмертным сейчас почувствовал? — она наконец справилась с туфлями и теперь злобно смотрела на Рому.
— Я же не говорил, что мне это не нравится, — он улыбнулся, получив в ответ очередной злобный взгляд.