— Не дождётесь, — ответила она с вызовом. — Я написала опровержение. Вы ознакомитесь?
— Ничего в порядке вашей работы не изменилось, Евгения Борисовна. Покажите статью Гаранину. В случае чего получать за вас всё равно будет он, — я улыбнулся. — Кроме того, он недавно жаловался на свою недозагруженность, так что, думаю, на этот раз прочтёт всё очень внимательно и не на один раз.
— Да, хорошо, я прямо сейчас отнесу ему статью, — она нахмурилась, а затем на её лице промелькнуло беспокойство. — Я слышала, что на вас сегодня было совершено покушение?
— И на мою жену тоже, — кивнул я.
— О, Боги, — Женя прикрыла ладонью рот. — Но… почему? Это как-то связано…
— Нет, — я мягко покачал головой. — Это никак не связано с этим, — я очертил рукой круг, как бы показывая, что это действительно с царившим здесь разгромом не связано. — Всего лишь личная месть от одного фландрийца, почему-то решившего, что именно я каким-то образом виноват в его разочарованиях, — говоря это, я внимательно смотрел на её возмущённое лицо и сверкающие глаза. Литвинова очень красивая молодая женщина, очень красивая. Я заметил, что даже некоторые «волки» на неё косятся и отнюдь не с платоническим интересом. И она так искренне возмущалась… А ещё мне понравилось, что Женя действительно стоически выдержала порку и сделала правильные выводы. — Евгения Борисовна, а вы не хотели бы помочь мне слегка наказать этого обиженного?
— Каким образом наказать? — она сразу же сделала стойку и даже губы облизнула, предчувствуя что-то интересное.
— Примерно наказать, — ответил я жёстко.
— О, — Женя ещё несколько секунд смотрела на меня, затем решительно ответила: — Что нужно делать?
— Нужно в определённое время быть в аэропорту с вещами, рассчитанными примерно на пару недель.
— А билет…
— Мы полетим на моём частном самолете.
— Я буду, — Женя ещё раз внимательно на меня посмотрела. Несколько секунд мы молча изучали друг друга, затем она задала вопрос: — Когда собираться и как это оформить в отделе кадров?
— Напишите заявление на отпуск без содержания. Дату пока не ставьте, я назову её дополнительно. Так как это моё личное дело, то все затраты и компенсацию я беру на себя, — я снова улыбнулся, а она только кивнула и решительно пошла в сторону кабинета Гаранина, чтобы заставить его прочитать статью с опровержением.
Вечером, уже лёжа в постели, я бездумно гладил Лену по обнажённому плечу, разглядывая потолок.
— Я должен буду уехать во Фландрию на пару недель, — наконец сказал я, почувствовав, как напряглось прижатое ко мне тело.
— Надолго? — тихо спросила Лена, прижимаясь ко мне ещё ближе.
— На пару недель, ещё точно не знаю.
— Твой отъезд как-то связан с покушением? — она говорила мне в шею, и по коже от этого бежали толпы мурашек.
— Да, — честно ответил я, продолжая разглядывать потолок.
— Дима, будь осторожен, — прошептала она. — Я не переживу, если с тобой что-нибудь случится.
— Буду, — я потянул её так, чтобы она легла на меня. — Что ты сделала с прислугой? Поместье никогда не сияло такой чистотой, сколько я себя помню.
— Сказала, что если они не способны вытереть пыль, то я буду делать это сама, мне несложно, — она улыбнулась и тихонько выдохнула, потому что мои руки в этот момент пришли в движение. — Как оказалось, у них всё-таки есть совесть, и вид жены хозяина с тряпкой в руках настолько шокировал их тонкую душевную организацию, что у меня эту тряпку отобрали и попросили больше так не делать. В ответ я попросила не давать повод… — она откинула голову и застонала, а я перевернулся вместе с ней, и нам стало на время не до Уилсона, слуг и всего остального, потому что наш мир сузился в этот момент до нас двоих.
А утром осунувшиеся Эдуард и Егор притащили мне примерный план для обсуждения. Когда я с ним ознакомился, то несколько секунд сидел в прострации, а потом достал телефон и попросил Литвинову зайти ко мне в кабинет. Пока она шла, я ещё раз прочитал то, что мне предлагали осуществить Эд с Дубовым, и глубоко задумался.
— Вам не кажется, что всё это несколько сложновато? — наконец я осторожно задал вопрос Дубову, который в это время просматривал свои наброски.
— Это вполне выполнимо, восемьдесят четыре процента, — быстро ответил Егор, поворачиваясь к двери. В кабинет в это время вошла Женя, и я указал ей на стул рядом с Эдом, на который она села, настороженно посматривая на моего секретаря.
— Ознакомьтесь, — я протянул ей сценарий, в котором чётко была прописана её роль, и снова углубился в чтение.
— Ну, в принципе, — протянула Женя, закрывая папку. — Это очень изящно. Можно сказать, что пошло, почти до крайности, но красиво. На меня прямо Тёмным двором дыхнуло. Говорят, Лазаревы любили развлекаться, придумывая такие многоходовки.