Продолжая посмеиваться, быстро сплотившаяся компания ребят направилась к нужному кабинету, по пути наперебой рассказывая Катрин о том, что уже происходило на этих занятиях, кто их вёл, и чем это всё закончилось. Девушка, которая уже слышала краткую версию событий от привёзшего её сюда директора, всё же внимательно слушала более подробный рассказ друзей, про себя отмечая удивительную отвагу своих сокурсников и отмечая в голове особо заинтересовавшие её личности — такие как Северус Снейп, например. Или Сириус Блэк. Когда они подошли к двери в аудиторию, Гарри как раз заканчивал тараторить, завершая своё повествование, а часы показывали, что до начала урока оставалась ровно одна минута.
—Просто невероятно, — подытожила Веланесс, похлопав по плечу запыхавшегося Поттера, — Я думаю, у нас ещё будут возможности поговорить обо всем подробно и без спешки.
—Конечно, — он восстановил дыхание и толкнул дверь, — Пойдём.
В кабинете царила полнейшая анархия — профессора ещё не было на месте и все гадали, кто бы это мог быть. Студенты в жёлто-коричневой форме факультета Пуффендуй расположились, по большей части, на задних партах, и увлечённо что-то обсуждали, разбившись на группки. Когтевранцы что-то писали, поголовно склонившись над партами и монотонно макая перья в чернильницы. Слизерин, конечно же, не сидел без дела — облепив своего несменяемого лидера, сидящего за партой и закинувшего на неё ноги, они слушали его, буквально заглядывая в рот «золотому» потомку уважаемого Люциуса Малфоя. На вошедших никто не обратил ровным счётом никакого внимания, и они спокойно уселись среди других Гриффиндорцев, заняв первую и вторую парты самого крайнего ряда.
—Всем занять свои места, недоучки! — дверь распахнулась, ударившись о стену так, что с балок под потолком посыпалась пыль, — Меня зовут Аластор Грюм, и я ваш новый преподаватель по защите от тёмных искусств… Молчать! Тишина, я сказал! — едва начавшийся шёпот оборвался, и все студенты послушно обратили свой взор на того, кого в магическом сообществе прозвали «Грозный Глаз».
—Некоторые считают, что вас ещё рано учить этому, — гораздо тише произнёс Аластор, окидывая собравшихся перед ним студентов взглядом. Он заметил и ту, о которой не так давно начали говорить все преподаватели Хогвартса.
Так вот оно что. Теперь понятно, почему Дамблдор забрал её с собой и определил на Гриффиндор. Не имеет ничего общего со своим предком, да? Оно как же.
—Мы будем практиковать защищаться от возможных врагов? — кто-то из Когтеврана выдвинул предположение, но тут же замолк, когда на него уставились безумные и неестественно-раскосые глаза профессора.
— О, нет, мальчик, — Грюм усмехнулся и достал из шкафчика банку с каким-то насекомым, похожим на богомола, — Сегодня вы выучите то, что, я надеюсь, вам никогда не придётся применять в жизни. К слову, мои надежды вряд ли оправдаются, — он посадил существо себе на руку и подошёл вплотную к первому ряду парт.
—Вы что, хотите научить нас непозволительным заклятиям? — подала голос Катрин, сидящая за Поттером.
— Вы посмотрите, какая догадливая, — ехидно протянул волшебник, указав на неё своей то ли тростью, то ли дубинкой, — С кем имею честь?
— Меня зовут Катрин Веланесс.
Веланесс. Интересно, это придуманная фамилия или её родители специально отказались от той, что носил её дед?
— Догадка Катрин Веланесс абсолютно верна! — обращаясь ко всем, рявкнул Грюм, — Итак, кто назовёт мне первое непростительное заклятие?
—Я-я могу, — над головами студентов поднялась рука Долгопупса, — Мне родители рассказывали.
— И как же оно звучит? — вытянув вперёд руку с насекомым, поинтересовался явно забавляющийся ситуацией мракоборец.
—Империус, — плохо справляясь с волнением, промямлил Невилл. Он вскрикнул, заметив, как существо спрыгнуло с руки преподавателя и спустя мгновение оказалось на его парте.
—Империо! — взмахнув палочкой, повторил профессор, и богомол, беспомощно замахав лапками, полетел через всю комнату на задние ряды, — Запомните, вы, бестолочи, это заклинание подчиняет сознание противника и подавляет его собственную волю. С ним можно будет делать все, что вам захочется, — он поводил палочкой в воздухе и тельце животного повторило эти движения, — Если вы, конечно, не боитесь загреметь после этого в Азкабан.
Тишина в аудитории снова была нарушена, все перешёптывались, повторяли заклинание (без использования волшебных палочек, конечно), кто-то рассказывал о наказании, которое последует за произнесение Империуса по отношению к человеку. Аластор ухмыльнулся, но эмоции его сменялись с той же скоростью, с которой вращался механический имплант в глазу: