Все расселись согласно купленным билетам и наша небольшая колонна тронулась, постепенно набирая скорость. Сильно разогнаться не получилось, «шишига» транспорт не быстрый и расход топлива у нее мама не горюй. Так что ехали километров сорок в час стараясь экономить горючку. Выбор подобной машины для столь дальней поездки мне показался не лучшим вариантом. Да в кузове вполне комфортно пристроились пятнадцать бойцов из числа стражников поселка, но в бортовую газель влезло бы не меньше, а горючки ей нужно в два раза меньше. Я уже не говорю о том, что ехать под тентом парням было бы намного комфортней, чем в открытом кузове под моросящим дождем, но начальству виднее.
Наша буханка довольно урчала двигателем, застоялась у меня во дворе в последние дни. За рулем Палыч пыхтел беломориной, где только смог достать папиросы. Сигареты вообще потихоньку становятся роскошью. Цены на пачку в лавке Прапора как за две банки тушенки. Все запасы деревенских магазинов уже скурили, а из рейдов разведчики их не таскают особо. Если только для себя или по заказу, все-таки сигареты — это не предмет первой необходимости, зачем ими место в машине занимать. Максимум пару блоков прихватят и все. И сдается мне скоро заколосятся грядки с самосадом на просторах «необъятной». Избавиться от пагубной привычки многих не заставит даже апокалипсис.
Лом валялся с книжкой в пассажирском салоне. Девчонок решили не брать. И дело не в том, что мои предчувствия никуда не делись, сама идея тащить девчонок в столь опасное место как город с почти миллионным населением, казалась мне неприемлемой. Да возможно это предрассудки старого мира, а в новом женщина с учетом системы может быть намного сильнее мужчины, но перешагнуть через себя я не мог. Да Луна дула губки и приводила вполне разумные аргументы, но я отказал и был категоричен. Чувствую мне еще это аукнется, не видать мне вкусняшек.
Колонна проскочила АЗС. Ее цистерны были девственно пусты. Наши разведчики скачали весь хранящийся бензин и соляру в несколько бензовозов и сейчас они стояли за зданием администрации под охраной стражи и считались собственностью поселения. Мои попытки приобрести у Прапора хоть литр бензина нарвались на категоричный отказ. Топливо теперь стратегический ресурс с сомнительной перспективой пополнения его запасов и это было еще одной причиной почему я согласился на этот рейд. Нам тоже не помешает запас горючки и единственный его источник — это АЗС, густо раскиданные вокруг города.
Выйдя из пологого поворота после АЗС, колонна начала замедляться.
— Что там? — спросил я Палыча. С его места обзор был лучше, мне его перекрывал деревянный борт «шишиги».
— Да не понятно. Похоже дорога перекрыта — ответил он встревожено.
Впереди идущее УАЗы съехали на обочину пропуская вперед советский грузовик и открывая обзор на творящийся на дороге филиал ада. На перекрестке ведущем к птицефабрике дорогу перегораживали несколько остовов сгоревших машин. Пара цельнометаллических газелей, УАЗ буханка и две легковушки, опознать марки которых было сложно. Похоже машины шли колонной и попали в засаду. Скорость была приличной и при повреждении первой получился слоенный бутерброд, а потом нападавшие безжалостно добили выживших. На бортах машин я заметил следы чудовищных когтей, что рвали метал как бумагу, но все же причиной гибели колонны стали не порождения системы. Здесь орудовал более страшный зверь: человек! На бортах обгоревших машин и лежавших вдоль дороги изглоданных телах хватало пулевых отверстий и рубленных ран.
Шестьдесят шестой уперся стальным бампером в кучу обгоревшего металла и с заметным усилием, взревев мотором, столкнул с дороги освобождая проезд. Пока шишига расчищала проезд, Сталкер вышел из своей машины и присел у одного из трупов. Внимательно осмотрев тело, даже пальцем зачем-то потыкал, он поднял «Вал» и приник к прицелу, внимательно рассматривая сквозь него территорию птицефабрики. Я посмотрел туда же. От перекрестка до бетонного забора предприятия, было больше километра и что-то разглядеть без бинокля или оптики было сложно, но какая-то суета у ворот была заметна. Черные точки людей суетились на дороге и у здания КПП. Территория обитаема и там обосновались явно не добрые самаритяне. В будущем это может стать проблемой для нас.
Дорогу освободили и мы продолжили путь. Вдоль обочины шелестел листвой молчаливый лес. Осинам и елям было плевать на проблемы людей. Будь у них разум они бы обрадовались бы тому, что случилось. Наконец-то людишки, безжалостно выкашивающие тайгу ради наживы, получили по заслугам.
Пара поселков городского типа, расположенных у дороги, смотрели с укором выбитыми окнами пятиэтажек, на дорожках между ними лишь ветер гонял пластиковые пакеты среди грязных, пыльных силуэтов припаркованных у подъездов машин.
Постапокалиптические виды за окном не повышали моего настроения, а мрачные предчувствия, терзающие меня последнее время искали выхода. Чтобы отвлечься я спросил Палыча:
— Палыч ты не в курсе, какого хрена мы премся в город? Там же полная жопа сейчас!
Палыч отвлекся от дороги и взглянул на меня так, что я почувствовал себя дитем не разумным и спросил:
— А мозгами раскинуть!?
Я отвечать не стал, терпеливо ожидая продолжения, привык за последние дни к его манере «поучать молодежь».
Поняв, что в полемику я вступать не собираюсь Палыч со вздохом принялся объяснять прописные, по его мнению, истины.
— Молодежь! Вечно бежите, торопитесь, а по сторонам оглянуться забываете. Вот Феб ты знаешь скока в поселении проживает сейчас человек?
— Нет — ответил я коротко.
— Уже за пятьсот душ перевалило. Полторы сотни баб, сотня ребятишек остальные мужики и вся эта орава хочет жрать и пить каждый день. С водой проблем нет, речка и два родника вполне обеспечивают всех, а вот со жратвой проблема. В магазины теперь товар не возят, а до огурцов с помидорами на местных огородах еще месяц полтора. И где, по-твоему, взять жратвы на эту всю ораву?
— Ну не знаю… Супермаркеты в соседних поселках, птицефабрика, свинокомплекс — накидал я первое, что пришло в голову.
— Супермаркеты выгребли в первые несколько дней, запас продуктов с длительным сроком хранения там небольшой. На птичку сунулись и огребли. Там хрень какая-то поселилась. Толи логово, толи данж ну так рассказывают те, кто туда катался. Из шести вернулось трое и то двое раненых. Свинокомплекс вояки под себя подгребли. Рабов нагнали, те вкалывают, а они их охраняют.
— В смысле рабов!? — охренел я от подобных новостей.
— В коромысле!!! Эти мля «спасатели» «эвакуацию» проводят — слово «Эвакуация» он выделил таким тоном, что стало понятно нечего хорошего в ней нет — свозят наивных со всей округи к себе на нефтебазу, а потом заставляют жратву и безопасность отрабатывать. Да только расценки у них такие, что вкалывай 24/7 все равно должен останешься. Рабство оно и есть рабство. Нет можешь, конечно, отказаться, не убьют, а выставят за ворота в чем мать родила и вали на все четыре стороны. Далеко ты уйдешь по нынешним временам?!
— Ну…
— Загну! — перебил Палыч — это ты уйдешь. Уровень у тебя скоро за двадцатку перевалит. Можешь своей магией и без трусов обычного волка завалить. Думаешь много таких? Не хрена. Вон в поселке почти четыреста рыл взрослого населения, а за двадцатку перепрыгнуло только восемь и все из группы Сталкера — разведчики. Еще человек тридцать стражников, из них дай бог половина до пятнашки качнулась. Каждый второй из патрулей не вылазит, лишь бы на кладбище не загнали.
Палыч аж сплюнул в открытое окно от злости и продолжил:
— Охотников меньше десятка. И я среди них самый высокий уровень за что тебе спасибо говорить нужно. И все.
— А остальные?! — спросил я, удивленный подобными раскладами. Честно как-то не было времени вникать в подобные проблемы и сложности поселка. Зато теперь понятно, от чего Петрович вечно ходит мрачнее тучи.
— Остальные? Остальные очкодавы. Стену строят, огороды копают, что угодно лишь бы из поселения не высовываться. Вдруг зайцы покусают, а они могут, куда тем собакам. По первости еще как-то пытались качаться, но как узнали, что можно не только боевые профессии качать, а еще и ремесленные. Так сразу поголовно ударились в мирные труженики. Вон даже Ната наша упорно кулинарию качает, совсем немного до десятого уровня осталось. Решила таверну открыть и бизнесом заняться, не нравиться ей скелетов да вонючих зомби успокаивать. Ну ее понять можно дети маленькие, грохнут мамку с папкой кто их кормить будет. А столовка дело выгодное, люди всегда жрать хотят — сказал он почти одобрительно, но продолжил с прежней злостью в голосе — да за ремесло опыта, конечно, крохи, но у нас пол поселка лесорубом — млять. За неделю стену почти закончили. Щас ров копать начнут вторая половина землекопов прокачает. А кто всех этих плотников, землекопов, лесорубов кормить будет? Защищать, когда «Свободные» нагрянут, а они рано или поздно нагрянут. Вот переловят народ вокруг города и вспомнят про нас. Если не «Свободные», то ренегаты доберутся и всех на опыт порежут.