Уже выбегая из магазина под оглушительный писк сигнализации, Анжела услышала возмущённый крик выбежавшего из подсобки продавца, как будто в теперешней ситуации хозяина магазина будет волновать недостача.
Девушка уже возвращалась в парк со своей обновкой, когда оглянулась и заметила, что укушенная женщина до сих пор стояла на месте и никуда не сдвинулась. Никаких описанных бомжом признаков пока не наблюдалось, разве что глаза взирали на мир с полностью отсутствующим выражением, как будто женщина лишилась души, а у окна стояла лишь её оболочка.
Джон отреагировал на берцы вполне положительно, правда шутливо погрозил пальцем и сказал, что Анджи как-то уж слишком рано начала мародерствовать, нужно дождаться, когда все люди поуезжают. Самим куда-то уехать у них не возникало и мысли, некуда, да и транспорта нет. А эвакуировать из городка людей походу никто не собирался, явно думая, что все, кто захотят, уедут куда-нибудь своим ходом. А ситуация уже была опасная, власти ещё день назад наконец-то признались, что столкнулись с неизвестным вирусом и настоятельно требовали, чтобы люди запирались в своих домах или уезжали подальше от населённых мест. Пока они пришлют помощь уже для не ограждения зараженных от здоровых, а для уничтожения. Правда, помощь приходила уже заражённая. Это Анжела улавливала по отдельным разговорам паникующих людей, ведь в их отдалённый городишко никто не собирался слать армию, и слава богу.
На второй день наблюдения девушка уже явно заметила описанные Джоном признаки и печально вздохнула. Женщина, казалось, не сдвигалась с места всю ночь, и девушка без труда углядела её в окне. У укушенной потемнели глаза, кожа значительно побледнела, а от глаз сквозь тонкую кожу отчетливо просвечивались черные вены, которые тонкой отвратительной сеткой опоясывали все лицо, губы тоже были чернильно-чёрного цвета. Это было жутко, и Анжела нервно потрогала свое лицо, на котором до сих пор не проступало ни единой черной вены. Женщина все так же спокойно пялилась в парк, не выказывая никакой агрессии, и девушка, покачав головой, направилась обратно к Джону, который явно уже притащил что-нибудь перекусить: где он брал еду, девушка старалась не спрашивать.
Джон притащил не только еду, но и два раскладных охотничьих ножика. Ничего не объясняя, он вложил один из них Анжеле в руку и спокойно откусил свой бургер. Девушка часто поражалась хладнокровному спокойствию мужчины и пыталась всячески ему подражать, но это выходило плохо. Неконтролируемую дрожь при виде очередного ходячего было трудно сдержать, когда Джон при виде мертвяка лишь замирал каменной статуей в кустах. Зомби были странно апатичными и набрасывались на людей только когда они приближались к ним ближе, чем на три метра, но бомж уверял, что это их состояние долго не продержится, и они окончательно обезумеют, когда их организм потратит всю накопленную за жизнь энергию и потребует ещё. Порой Анджи казалось, что в прошлой жизни мужчина был биологом или же каким-то ученым, и её уверенность крепла с каждым высказанным Джоном фактом.
На третий день женщины у окна не было, и Анжела, разочаровано вздохнув, собралась уходить, как вдруг краем глаза заметила смутное движение в окне. Закусив зубами щеку, девушка осторожно перешла дорогу и приблизилась к мутному окну, вглядываясь в темное нутро дома. Анжи постояла так с минуту, когда в окно, неожиданно для девушки, впечаталось лицо укушенной женщины. Девушка вскрикнула, отступая назад и с ужасом наблюдая за прислонившимся к стеклу существом. Это уже был не человек. Черные провалы глаз затягивали в свой омут, черные, выступившие по всему телу вены щедро украшали все тело несчастной, а безумный взгляд выражал лишь вселенский голод.
Вдруг лицо женщины перекосилось, челюсть медленно отвисла, и из её глотки раздался громкий пронзительный вой. Анжела вздрогнула, всё быстрее отступая назад, боясь повернуться к существу спиной. Рука судорожно нащупывала в кармане железный раскладной нож, а женщина в окне безумно забилась, разбивая вдребезги хрупкое стекло, не обращая никакого внимания на распоротые руки, и принялась перелезать через оконную раму, распарывая себе лицо и живот о выступающие осколки стекла.
Анжела резко обернулась, собираясь броситься назад в парк, но тут же наскочила на очередного зомби, который, нелепо взмахнув своими руками, попытался схватить её. Сзади нее совершенно беззвучно, в то время когда она любовалась на мертвяка в стекло, собралось около десятка ходячих, довольно интенсивно наступающих на её. Путь в парк был закрыт. И девушка, моментально оценив ситуацию и уклоняясь от неуклюжего зомби, свернула на улицу, мимолётом замечая виновницу своей невнимательности. Та хрипло рычала, вставая с земли и красуясь вытекшим глазом, распоротой щекой и отвисшей челюстью с подрезанными сухожилиями. По порванной белой сорочке потоком струилась черная кровь, заливая чуть пожелтевший газон.