Истошно заорав, я упал на землю и задергался, воя от боли, выворачивающей наизнанку. Из глаз ручьем хлынули слезы, а пальцы судорожно зацарапали землю.
Ко мне взволнованно бросился Ирван, находящийся ближе всех:
— Сир, что с вами?
— Упс, извини. Случайно. Мне жаль, — судя по довольному голосу Каина, удовлетворившему свое любопытство, ему было совсем не жаль.
— Исследователь хренов… — прошептал я, скорчившись в позе эмбриона и тяжело дыша. Боль постепенно отступала.
— Зато я нашел, за что отвечает эта функция, — радостно отмахнулся внутренний собеседник. — Потом еще спасибо скажешь.
Опираясь рукой о карету, я, слегка пошатывась, встал, жестом остановив подбежавших ко мне компаньонов:
— Все в порядке. Просто внезапная слабость.
— Слабо верится, — серьезно посмотрел на меня Макс. — Вон как заорал истошно.
— Все нормально, — твердо повторил я. — Разгружаемся и выдвигаемся на вече.
Место для собрания Ирван выбрал мудро — большое поле в пяти шагах от деревни, способное вместить всех желающих. Для начальства, сиречь нас, был воздвигнут небольшой помост, сколоченный из толстых бревен и подозрительно смахивающий на эшафот.
— Разве что виселицы не хватает, — жизнерадостно прокомментировал Блад. — Или плахи.
— Типун тебе на язык, — сплюнул Макс. — Вон, нам кресла несут как раз.
Поле постепенно заполнялось народом. Посмотреть на нового правителя пришли все: и стар, и млад. Иногда в толпе проскакивали знакомые лица, которые я умудрился запомнить с первого неудавшегося собрания.
Неподалеку от помоста нарисовался юный паренек и, помахав рукой, привлек мое внимание. Поняв, что я заметил его, он подмигнул и тут же скрылся в толпе.
— Это он? — спросил я у Ирвана.
— Да, сир.
— Превосходно.
— Что-то планируем? — заинтересовался вампир.
— Увидишь, — ухмыльнулся в ответ я.
Наконец, сбор закончился. К Ирвану подбежал староста деревни и доложил, что вроде бы все, кто собирался — пришли. Все поле, насколько хватало глаз, было заполнено живой людской массой.
— Больше, чем я ожидал, — шепнул мне управляющий. — Видимо, ваши подарки с прошлого раза дали эффект. Остальные на слухи съехались, на голом энтузиазме.
Поднявшись с кресла, я взял громкоговоритель и обратился к толпе:
— Итак, господа, начинаем наше собрание.
По толпе пронесся восхищенный гомон: дескать, наш новый правитель еще и маг, вона как громко говорит. Собственно, именно для противодействия такому шуму я и взял мегафон.
— Осман Валлийский ушел, продав мне земли. Тем, кто меня уже знает — пламенный привет, с теми, кто не знает — давайте знакомиться. Мое имя — Демон Первый, и я — ваш новый король. Перво-наперво хочу сказать, что больше таких беспорядков, как при Османе, не будет. Клянусь своей честью. Я не сирдар, а именно король, и вскоре вы поймете, в чем именно разница.
Толпа удивленно загудела. Давая ей проникнуться величием момента и обсудить сказанное, я перевел дух.
— А почему, кстати, не царь? — спросил Каин.
— А мне Король больше нравится. Величественнее звучит и порядочнее. Царь — это для самодуров.
— А ты и есть дурак. Сам, — захихикал он в ответ.
Не обращая внимания на подколки, я продолжил:
— Как справедливый король, прежде чем начать свое правление, спрошу: есть ли те, кто против меня? Есть ли те, кто не согласен мне подчиниться? Вот я стою перед вами, весь такой беззащитный, и спрашиваю вашего суда. Пусть в меня кинет камень тот, кто не верит в то, что я стану хорошим правителем.
Из первых рядов толпы протиснулся заплаканный парнишка и, подобрав с земли здоровый булыжник, заранее подложенный на нужное место, зазвездил им прямо в меня. Вокруг парня тут же образовалось пустое место: в этих краях еще хорошо помнили произвол Османа и то, какие могли быть последствия за подобную выходку.
Увернувшись, я продолжил работать по плану, возмущаясь на публику:
— А тебе-то я чем не угодил, маленький паршивец?
Едва сдерживая брань, подросток начал громко выкрикивать обвинения в мой адрес. Толпа заохала и заахала, слушая слезливую историю о похищенной матери, которую злобный Король подло и насильно увез в замок. Причем увез не просто для того, чтобы позабавить плоть — это было бы еще понятно. Его мать сначала долго морили голодом и пытали, а затем порезали на части и скормили диким зверям, а сердце и кровь использовали в качестве ингредиентов для магических опытов. Чтобы демонов вызвать и укрепить свою власть.