— Ты получила эту копию от матери? — спросил Давид, осторожно расстилая пласт-слайд на столе. Торен кивнула.
— Как думаешь, можем мы получить еще? И хотя бы один набор снимков каждого уровня?
Торен снова кивнула. Ее родители будут очень горды новыми обязанностями дочери и с удовольствием помогут им чем угодно.
— Ты была там недавно?
Давид говорил ласково, словно Торен намного младше его и ей необходимо чье-то руководство. Ей было двадцать два, однако от Давида она могла стерпеть обращение, которое не потерпела бы ни от кого другого из старших.
— Мы все там были, когда вы с Шоном улетали на Йерне, чтобы накормить драконов, — обронила Улоа, ставя Давида на место.
Усмехнувшись ей, Давид ответил:
— Если бы я знал, что Шон от нас сбежит, я бы тоже отправился с вами. Сейчас я пытаюсь установить, как часто вы посещали место нового Вейра.
— Очень часто.
— А где тот наземный туннель, о котором ты говорила, Торен?
Н'клас был ближе к Давиду; он ткнул указательным пальцем в пласт-слайд:
— Вот здесь.
Однако Давид все еще смотрел на Торен, явно ожидая ее ответа. Она кивнула:
— Судя по всему, там находится коридор высотой около двух метров от пола до потолка, — она показала место туннеля на слайде. — Оззи сказал, что вот здесь и вот здесь есть туннели, которые можно расширить и сделать наземный вход в… в Бенден-Вейр… Ее прервал хор одобрительных возгласов:
— Отлично звучит.
— Пол будет доволен.
— Отличное имя!
— И звучное, верно?
— …и вот здесь можно сделать еще один выход к реке, — закончила Торен.
Посыпались замечания и предложения; их было так много, что Торен не всегда понимала, кто что сказал.
— Это будет первостепенная задача: тогда мы сможем легко попадать внутрь и доставлять туда технику.
— Мы по-прежнему должны передвигаться на драконах. Пока нам не известна местность, послать наземную экспедицию невозможно.
— Каарван не откажется от доброго долгого плавания. Он устал удить рыбу в Заливе.
— Жители Йерне могут привезти и свое собственное оборудование на кораблях.
Начали подтягиваться другие всадники; каждый желал внести свою лепту в обсуждение. Торен, любезно пропускавшая всех поближе к карте, внезапно обнаружила, что не может протиснуться к столу.
— Это моя карта, — тихо проговорила она, пытаясь справиться с чувством горечи, когда была вынуждена отступить еще на шаг назад, едва не наступив на ногу кому-то сидящему позади.
— Это будет твой Вейр, 'Рен, — проговорил мягкий тенор; в голосе слышалась добродушная насмешка.
Торен оглянулась и посмотрела сверху вниз в смеющиеся серо-голубые глаза Михалла Коннела. Никогда раньше она не подходила к нему так близко, чтобы различить цвет его глаз.
— Приближается время, когда Аларант'а поднимется в полет, — продолжал он. — Совсем скоро — но ты ведь и сама знаешь это?
Теперь в его голосе не было смеха; прозвучало скорее утверждение, чем вопрос.
— Что ж, если ты хочешь стать Предводителем Вейра, почему же ты не там, у стола? Почему не занимаешься картой? — не успев договорить, Торен уже жалела о своих словах. Она прикусила губу. — Прости, Михалл.
— За что? — его ровные брови на мгновение всползли вверх, а серо-голубые глаза, которые по-прежнему не смеялись, встретились с ее глазами. — Я хотел бы стать Предводителем Вейра. Я намерен стать Предводителем Вейра. Все это знают, — в его голосе зазвучали иронические нотки. — Весь вопрос в том, как Аларант'а относится к Бриант'у?
— А разве не в том, как я отношусь к тебе? — спросила Торен прежде, чем успела задуматься над смыслом собственных слов. Девушка тряхнула головой, неловко переступила с ноги на ногу. Она вовсе не это собиралась сказать!..
Михалл медленно поднялся на ноги и посмотрел на Торен сверху вниз с сосредоточенным выражением лица.
— Нет. Выбирают драконы, и только они: тот, кто решает погнаться за этой королевой, и та, что позволяет догнать себя этому дракону.
Теперь Торен понимала, почему она так мало времени проводила в обществе Михалла. Он вовсе не был похож на прочих бронзовых и коричневых всадников в ее «команде». Памятуя о репутации, которую заслужили Бриант' и его всадник, девушка бессознательно избегала общества рыжеволосого сына Сорки. Она также знала, что думают о нем другие всадницы королев, и это еще более смущало ее. «Вежливый»? «Быстрый»? «Вдумчивый»? «Слишком сдержанный»? Но она не чувствовала в нем ничего похожего…