– Пока они не приехали в холд со своим Поиском…
– Поиск важнее всего, – сказал Ташви. – И ты об этом знаешь, Борис.
– Мы же обо всем договорились! – простонал отец девочки, почувствовавший облегчение благодаря холодилке. – Мы же обо всемдоговорились! – И он с суровым, горьким упреком посмотрел на дочь.
– Этоты обо всем договорился, – так же горько ответила Дебра. – Вы друг с другом договорились, а меня не спросили даже еще до Поиска! – Тоскливый стон Морат'ы прервал ее гневную речь. – Она есть хочет. Мне надо накормить ее. Пошли, маленькая, – нежно сказала она.
Даже не оглянувшись, она увела свою зеленую с площадки Рождений.
– Я бы сказал, вы не очень-то успешно обо всем договорились, – заметил Ташви.
– Но ведь все было хорошо, – сказал Лавель, погрозив кулаком всадникам, – пока они не приехали! Они забили ей голову всякой дурью, а ведь до тех пор она была послушной, работящей девочкой! И тут ей говорят, что она может летать на драконе. Может, видите ли! Знаю я, что вам, всадникам, надо! Дебра – хорошая девочка, не вроде ваших…
– А ну, поосторожнее, – оскорбленно подобралась Зулайя.
– Да уж, – сердито нахмурился Ташви. – Госпожа Вейра понимает, что ты не в себе, да еще и ранен…
– Раны – ничто по сравнению с моим праведным гневом, лорд-холдер! Я знаю то, что знаю, и знаю, что мы все уладили и что вы должны поддерживать своих холдеров, а не Вейр с их противоестественными обычаями и делами! И я не знаю, что теперь будет с моей дочерью! – Он разрыдался – скорее от бессильной злости, чем от боли. – До них она была такой хорошей девочкой, хорошей и послушной девочкой!
Ташви властно приказал носильщикам унести раненого. Затем обратился к предводителям Вейра.
– Да, я одобрил закладку новой шахты, назначил владельцами Бориса и Ганмара, но я не знал, что тут каким-то боком задействован еще и Лавель. Он все время что-нибудь да выкинет, – сказал Ташви, рассеянно переминаясь на горячем песке.
Зулайя знаком предложила всем выйти с площадки. Ее уже не спасала даже двойная подошва, а у Ташви башмаки были совсем легкие.
– У него и другие дочери есть, – сказала Сальда, беря мужа за руку и подталкивая к выходу. – У него с десяток детей, да и женат он уже второй раз. А заключая такие союзы, он скоро заведет на соседних землях столько родичей, что сможет создать собственный холд. Правда, кто в здравом рассудке захочет его в лорды?
Они остановились у выхода. Зулайя с К'вином искусно выбрали позицию, с которой они могли держать в поле зрения новорожденных драконят. Малыши под присмотром своих будущих всадников поглощали рубленое мясо, приготовленное для первой в их жизни кормежки.
То, что случилось с Деброй, было необычно. Как правило, семьи были счастливы, когда их ребенка выбирали во время Поиска, поскольку тогда в семье появлялся собственный всадник. Это было и престижно для рода, и предоставляло семье собственный воздушный транспорт.
Ядовитые замечания Лавеля по поводу жизни всадников встревожили и лорда-холдера, и предводителей Вейра. Да, некоторые обычаи Вейра были выработаны специально для нужд драконов, но промискуитет никогда не поощрялся. На самом деле в Вейрах существовал очень жесткий кодекс поведения. Там не заключали формальные брачные контракты, но ни один всадник не изменял слову, данному женщине, и всегда заботился о своих детях. И мало кто из родившихся в Вейре детей, достигая подросткового возраста, отправлялся к дедушкам и бабушкам в их холды, даже если им и не удавалось запечатлить своего дракона.
Праздник тем временем начался. Музыканты играли веселые мелодии во славу успешного Запечатления. Юные всадники все еще кормили своих дракончиков или устраивали их в стойлах молодняка, но, как только сытые дракончики засыпали, подростки присоединялись к своим родственникам.
Зулайя подумала: а не напомнить ли Лавелю, что всадницы живут отдельно от всадников? Он явно понятия не имел о том, сколько заботы требуется маленькому дракончику. По большей части новички в конце дня с трудом доползали до кровати, чтобы упасть в нее и тут же заснуть. Ни на что больше им сил не хватало. А если они не услышат голодного призыва своих дракончиков, их громким криком поднимет с постели Наставник.
Этот парень, Ганмар, стоял мрачный, явно недовольный всем, что случилось. Зулайя не сказала бы, что этот поворот событий разбил ему сердце. Конечно, если придется работать вместе с отцом и строить новый холд, то хорошенькая девушка ночью под боком служит хорошим утешением… но не больше.