– Именно так, Галлиан. Смею тебя заверить, что не все решения, которые ты примешь, окажутся правильными. Пост лорда-холдера не уберегает от ошибок. Просто умей их исправлять. – Поулин усмехнулся, наблюдая, как Галлиан переваривает услышанное. – Если ты по большей части поступаешь правильно, то ты выиграл. А сейчас ты прав, хотя твой отец и отказывается признавать очевидное.
Галлиан кивнул. Затем кратко спросил:
– Не хотите ли выпить вина, Поулин?
– Мать на твоей стороне, – согласно кивнув, ответил Поулин. – А это большое преимущество, сам увидишь… Только не думай, что я намекаю на недостатки воспитания твоего отца…
– Да нет, конечно, – сказал Галлиан, коротко улыбнулся и прокашлялся. – А что будет с Чокином, когда его сместят? Его сошлют на южные острова, да?
– Почему бы и нет? – ровно ответил Поулин. – Да нет, – торопливо добавил он, увидев, как нахмурился Галлиан, – его не отправят к тем убийцам. Там же целый архипелаг.
– А острова не вулканические?
– Только Юный остров. Остальные расположены в тропической зоне и вполне пригодны для обитания. Видишь ли… лицо, содержащееся под стражей, не должно покидать своей тюрьмы и устраивать беспорядки. А Чокин обязательно заварит кашу, если оставить его на материке. Нет, самым гуманным решением будет отправить его туда, где он никому больше не сможет причинить вреда.
– И кто тогда будет руководить Битрой?
– Его дети слишком молоды, это так, но у него есть дядя, который не намного старше Чокина. Я слышал, что Чокин и Вергерин играли на право наследования холда.
– Мой отец тоже об этом упоминал, когда впервые заговорили о низложении. Сказал, что должен был настоять на том, чтобы наследником стал Вергерин, невзирая на пожелания старого лорда Нератского. Ведь вы знаете, что сестра Франко – жена Чокина.
– Я и забыл. Вот забавно! – добавил Поулин. – Франко – совершенно иной человек, но – да, его мать была первой женой Брентона.
Они принялись обсуждать животрепещущую проблему наследования, когда вдруг распахнулись двери и вошла, согнувшись почти пополам, Тэа.
– Мама, что с тобой! – Галлиан бросился к ней. – Что случилось? Ты вся красная…
Она захлопнула дверь, отмахнулась от сына и упала в кресло, содрогаясь от хохота.
– Что тебя так развеселило?
– Ох, милый, твой папаша… – Она стерла с лица слезы – а с ними и красную краску. Она посмотрела на платок и стала яростно тереть щеки, все время смеясь. – Все получилось. Он уезжает в теплые края. Когда я ушла, он писал письмо к Ричуду. Сказала, что уже поднял вымпел срочного сообщения, но ведь письмо может отвезти и ваш всадник, Поулин, не так ли? Когда приедет за вами в Форт?
– Да, конечно… или даже лучше будет, если заберу письмо я сам. Отвезу его к Ричуду и попрошу тайно сотрудничать с нами, чтобы Джемсон не узнал, что творится за пределами острова, – облегченно усмехнулся Поулин.
– Чему ты смеешься, мама? И почему ты накрасила лицо? – спросил Галлиан.
– Ну. – Она взмахнула платочком, улыбаясь во весь рот. – Тего для себя де сделает, то сделает для своей прихвордувшей жеды, – снова прогнусавила она. – Итак, во-первых, я позвала твою сестру и велела привести Канелла – очень срочно. Я убедила его помочь мне, и именно он и предложил мне натереть лицо румянами. Мы пришли в комнату твоего отца, я стала охать и жаловаться на то, что, мол, за ночь все мои болячки обострились… И все время хлюпала носом… К счастью, у меня небольшой насморк, так что притворяться было нетрудно… Потом Канелл взял дело в свои руки – нет, этот человек умеет убеждать! Он был так встревожен моим участившимся пульсом и покрасневшим лицом, так волновался о состоянии моих легких и сердца! Между нами, Джемсон согласился увезти меня в Исту и сидеть там при мне, пока я окончательно не оправлюсь. Вот! – Она снова расцвела в улыбке, глядя то на одного, то на другого, страшно довольная собой.
– Мама! Ты – воплощенная хитрость!
– А как же, – покровительственно сказала она. Затем вдруг чихнула, к удивлению обоих мужчин. – О, небо!
– Гм, – с притворной суровостью произнес Галлиан, – вот что случается с врунами. Говорила, что больна – вот и заболела.
– Он послал кого-то и за тобой. Так что…
В дверь тихонько постучали. Галлиан немедленно подошел к ней и чуть приоткрыл, чтобы только выглянуть.
– Да, скажи лорду Джемсону, что я сейчас буду, – сказал он и снова затворил дверь.
– Я подожду с лордом Поулином, пока ты принесешь письмо, Галли, – сказала она, наливая себе вина. – Это поможет мне согреться перед холодом и, возможно, не даст вновь разыграться насморку… Еще рюмочку не хотите? Выпьем за мой актерский дебют, Поулин!