Сергей кивнул, его серые глаза, теперь с искрой настороженности, не отрывались от Зуева. Он чувствовал, что майор умышленно уклоняется от ответа, но это только подогревало его интерес. Он бросил взгляд на терминал, чей темный экран, казалось, скрывал целую вселенную данных, и представил, как за стеклянными стенами лабораторий "ЗАРИ" работают устройства, которые могли бы перевернуть его представление о мире. Он вспомнил мельком увиденный в коридоре прибор — цилиндр с прозрачной крышкой, внутри которого что-то вращалось, излучая слабое свечение, — и его аналитический ум начал складывать фрагменты: сканеры сетчатки, прото-компьютеры, светящиеся панели. Это были не просто разработки — это были технологии, опережающие свое время, и "ЗАРЯ" была их эпицентром.
— Это всё… наше? — спросил Сергей, его голос был тише, как будто он боялся нарушить хрупкую атмосферу, пропитанную технологическим превосходством. Он посмотрел на Зуева, пытаясь уловить хоть намек на правду.
Зуев прищурился, его шрам дернулся, как будто он сдержал горькую усмешку.
— Наше, чужое, трофейное, — ответил он, его тон был загадочным, почти насмешливым.
— Тебе не о происхождении думать надо, капитан, а о том, как это использовать. "ЗАРЯ" не задает вопросов — она решает задачи. И ты научишься, если хочешь здесь остаться.
Сергей кивнул, его губы сжались в тонкую линию. Он понимал, что Зуев не даст прямых ответов, но его слова — "трофейное", "решает задачи" — эхом звучали в его голове, намекая на масштабы, о которых он пока мог только догадываться. Он повернулся к окну, за которым виднелся внутренний двор "ЗАРИ" с его серыми стенами и антеннами, и на мгновение представил, как где-то в недрах этого комплекса работают машины, чьи возможности выходят за рамки его воображения. Его аналитический ум, жадный до информации, уже начал строить гипотезы: что, если "ЗАРЯ" не просто анализирует аномалии, а создает что-то? Или изучает? Или… противостоит?
Он вернулся к столу, его пальцы снова коснулись края терминала, и в этот момент он заметил, как в коридоре за стеклянной дверью мелькнула фигура сотрудника, несущего устройство, похожее на гибрид осциллоскопа и радиоприемника, с панелью, усеянной светящимися индикаторами. За стеклом лаборатории напротив другой сотрудник, женщина в белом халате, регулировала сложный механизм, чьи металлические рычаги двигались с едва слышным жужжанием, а экран рядом показывал графики, напоминающие волны или сигналы. Эти образы, яркие и футуристические, были как кусочки пазла, который Сергей еще не мог собрать, но который манил его, как маяк.
— Сколько времени у меня, чтобы разобраться? — спросил он, повернувшись к Зуеву. Его голос был спокойным, но с ноткой, подчеркивающей его решимость принять этот вызов.
Зуев посмотрел на него, его взгляд, холодный и оценивающий, задержался на Сергее чуть дольше, чем обычно.
— Столько, сколько дадут, — ответил он, его хрипловатый голос был как удар молотка, четкий и окончательный.
— Первое задание покажет, на что ты способен. А эти, — он кивнул на терминал и прибор на столе, — твои новые инструменты. Осваивай. И не задавай вопросов, на которые пока не заслужил ответов.
Сергей кивнул, его серые глаза, теперь полные решимости, вернулись к терминалу. Он чувствовал, как слова Зуева, суровые и уклончивые, разжигают в нем азарт — азарт исследователя, стоящего на пороге открытия. Кабинет, с его светящимися панелями и странными устройствами, был его новым полем боя, а технологии "ЗАРИ", за гранью привычного, были его оружием. Он знал, что погружение в этот мир будет медленным и опасным, но именно этого он всегда хотел — мира, где его аналитический ум мог бы раскрыться, где тайны были не просто слухами, а реальностью, которую он мог изучить. Его высокая фигура, строгая и непреклонная, сидела за столом, и его серые глаза, горящие огнем исследователя, устремились к терминалу, готовые начать этот путь за гранью привычного.
Кабинет Сергея Костенко, с его стерильными светло-серыми стенами и холодным блеском черного плиточного пола, казался крохотным островком порядка в бездонном океане тайн "ЗАРИ". Сергей сидел за столом, его высокая фигура в строгом темно-сером костюме была напряжена, а серые глаза, острые и внимательные, следили за майором Зуевым, который, не теряя времени, вернулся, чтобы ввести его в очередной слой реальности Девятого Управления. Свет от скрытых источников отражался на металлической поверхности терминала, стоявшего между ними, и этот блеск, холодный и резкий, подчеркивал серьезность момента. Атмосфера в кабинете была деловой, почти осязаемо тяжелой, пропитанной масштабом задач, которые, как Сергей начинал понимать, выходили далеко за рамки обычной работы КГБ.