Внезапно дверь открылась с мягким щелчком, и в кабинет ворвался лёгкий сквозняк, заставивший страницы на столе чуть дрогнуть. Сергей поднял взгляд, его брови слегка сдвинулись, и он увидел женщину, чья фигура в проёме двери казалась одновременно знакомой и чужой. Елена Воронцова, старший научный сотрудник "ЗАРЯ", шагнула внутрь, держа в руках тонкую папку. Её появление было как искра, нарушившая хрупкую тишину, и Сергей почувствовал, как его внимание, до того прикованное к документам, мгновенно переключилось на неё.
Елена была среднего роста, с худощавой, но энергичной фигурой, одетая в серый костюм, который, несмотря на строгость, не скрывал её живой натуры. Её тёмные волосы, собранные в небрежный пучок, слегка растрепались, несколько прядей выбились, обрамляя лицо, и это придавало ей вид человека, поглощённого работой до такой степени, что внешний лоск отходил на второй план. Её глаза, тёмно-зелёные, с проницательным, почти рентгеновским взглядом, скользнули по кабинету, задержавшись на Сергее. В них читалась смесь любопытства и профессиональной уверенности, как будто она уже знала, с кем имеет дело, но хотела проверить, соответствует ли он её ожиданиям. Её лицо, с тонкими чертами и лёгкими веснушками на скулах, излучало энергию, но в уголках губ таилась едва уловимая ирония, как будто она привыкла видеть мир чуть саркастично.
— Капитан Костенко? — спросила она, её голос, звонкий и быстрый, был как поток, не терпящий задержек. Она шагнула к столу, её каблуки стукнули по полированной плитке, и положила папку рядом с его отчётами.
— Елена Воронцова, отдел анализа аномалий. Мне нужен ваш отчёт по Новоархангельску, если он уже готов. Или хотя бы ваши заметки по первичным данным.
Сергей выпрямился, его высокая фигура, строгая и непреклонная, контрастировала с её более "творческой" энергией, как будто они были двумя сторонами одной медали — дисциплина против вдохновения. Его серые глаза, теперь с искрой интереса, встретили её взгляд, и он почувствовал, как его аналитический ум, привыкший оценивать людей, улавливает в ней нечто большее, чем просто коллегу. Её профессионализм, её манера говорить — быстро, по существу, без лишних слов — вызывали уважение, а её энергия, почти осязаемая, была как магнит, притягивающий его внимание. Он был заинтригован, и это чувство, смешанное с лёгким удивлением, оживило его сосредоточенное лицо.
— Отчёт ещё не готов, — ответил он, его голос был ровным, но с ноткой, подчеркивающей, что он не из тех, кто спешит с выводами.
— Я только начал. Но заметки… — Он кивнул на лист, испещрённый его аккуратным почерком, лежащий среди документов.
— Могу поделиться, если скажете, что именно вас интересует.
Елена слегка прищурилась, её тёмно-зелёные глаза сверкнули, как будто она приняла его слова как вызов. Она склонилась над столом, её пальцы, тонкие и быстрые, пробежались по краю его заметок, но не коснулись их, как будто она уважала его пространство. Свет лампы упал на её лицо, высветив веснушки и лёгкую тень усталости под глазами, но её взгляд оставался живым, почти электрическим. Тени, отбрасываемые её фигурой, заплясали на стенах, сливаясь с тенями от документов, и в этот момент кабинет, казалось, стал ареной встречи двух сильных интеллектов.
— Меня интересует всё, что связано с временными искажениями, — сказала она, её голос стал чуть тише, но не потерял напора.
— В отчётах по Новоархангельску есть упоминания о "повторяющихся моментах". Вы это видели? Или о "двери, которой не должно быть"? — Она посмотрела на него, её взгляд был прямым, почти вызывающим, как будто она проверяла, насколько глубоко он погрузился в дело.
Сергей почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Её слова, точные и острые, задели струну в его аналитическом уме. Он вспомнил рукописную заметку, которую читал час назад, о сотруднике, утверждавшем, что видел "дверь" в подвале лаборатории, и о странных ощущениях, будто время зациклилось. Елена знала, о чём говорит, и это означало, что она не просто сотрудник, а человек, глубоко погружённый в тайны "ЗАРЯ". Его серые глаза, теперь с искрой уважения, встретили её взгляд, и он кивнул.
— Видел, — ответил он, его голос был спокойным, но с ноткой, подчеркивающей, что он готов к диалогу.
— Пока не уверен, что это значит. Галлюцинации? Или что-то реальное? — Он сделал паузу, его брови слегка приподнялись, как будто он приглашал её поделиться своим мнением.