Маруся тоже большая. Она сама топит печь, стирает Петьке и деду Ивану рубашки, носит на базар молоко и даже стрижет Петьку здоровенными черными ножницами.
Вечером Маруся читает Петьке книжки. Там написано, что раньше голоду не было. Только Петька не верит. Так ведь можно все сразу съесть, а на завтра ничего не останется. Еще в книжке написано про День Победы и про салют.
Петька сам помнит День Победы очень хорошо. Они ехали с дедом Иваном по улице на рыжем коне. Возле сельсовета их остановил какой-то дядька, стал деда целовать и сказал, что мы победили. Потом собралось много народу. На сельсовете повесили флаг. Кричали ура. Петька тоже кричал и хлопал в ладоши.
Дома Маруся достала Петьке новый костюм, который ему сшили из отцовских штанов, сама надела вышитую кофту, заплела ленты, и они пошли к тете Анюте. Там Петька ел борщ с мясом и жареную картошку.
Тетя Анюта, как приехала с Германии, хотела забрать Марусю и Петьку к себе. Но Маруся отказалась:
— У вас у самих семья.
Петька тоже не хотел идти к тете. И теперь не хочет. Тетя хорошая, но все равно дома лучше. Живут они хорошо. Дед Иван пасет скот. За это в конце года ему дают картошку. Маруся ходит на работу в колхоз. Петька тоже не гуляет.
Утром он помогает Марусе складывать постель, подметает глиняный пол. Но это не в счет. Главное, Петька ходит по веники. В городе за них платят деньги. По тридцать копеек за штуку.
Как только Маруся вытопит печь, Петька забирает у нее нож и бежит в березняк. Там уже полно ребятишек. Они приходят очень рано, потому что у многих в доме по два, а то и по три ножа. А у Петьки с Марусей всего один.
Тот нож, который есть у деда Ивана, Петька не считает. Дед плетет корзины и без ножа ему никак нельзя. Весною, когда скот гонят на луг, дед плетет зеленые корзины из лозы. А летом, когда череду на луг не пускают, — белые из сосновых корней. Корзины дед Иван продает. За каждую платят по три рубля. Не то что за веники. Поэтому у деда Петька ножа никогда и не просит.
Вот приедет отец, привезет складной ножик, тогда Петька нарежет веников больше всех. А пока он приносит домой всего по две небольшие охапки.
Связывать веники Петька сам еще не умеет. Ветки лежат в хате до вечера. От них пахнет лесом. Петька гоняется за муравьями, которые приехали на ветках из березняка и теперь расползаются во все стороны. Муравьи маленькие, худые, будто у них тоже голод или война. Петька пробовал один раз накормить муравьев хлебом, но Маруся сказала, что они больше любят сахар.
Ветки свяжет при свете лампы лозовыми прутиками дед Иван. Петька тогда уже будет спать. На следующий день он проснется, посмотрит, сколько получилось веников, и пожалеет срезанные ветки. Спрятались бы они от Петьки куда-нибудь подальше, росли бы до сих пор, а теперь будут ими подметать полы. Но дед говорит, что березам так еще лучше — они скорее растут. Нельзя только срезать верхушки. Петька слушается деда и никогда верхушек не срезает.
Когда отец приедет, все побегут к самолету. И Маруся, и дед Иван, и тетя Анюта. Но Петька обгонит их, ведь он ждет на аэродроме. Отец покатает Петьку на самолете самым первым.
Кроме хлеба, сахара и складного ножика отец привезет конфет-подушечек, цветные, карандаши и тетради. Тогда все тетради, которые Маруся делает теперь из газет, достанутся Петьке. Он нарисует в них что захочет: хату, дерево или самолет…
Еще отец привезет велосипед. Точно такой, как стоял у них в сарае. Петька часто подходил к нему, ударял рукой по резиновым колодочкам, и они быстро-быстро крутились. Но потом дед Иван и Маруся отдали велосипед леснику за дрова.
Петька не плакал. Он только попросил лесника покатать его. Тот усадил Петьку на раму, приказал крепко держаться, и они поехали. Следом бежали ребятишки. После они спрашивали, страшно или нет. Петька сказал, что страшно.
Самолета не было. Петька сидел неподвижно и смотрел на небо. Вокруг прыгали кузнечики, прошмыгнула ящерица. Но Петька не поднялся, не бросился за ней. Приедет отец — тогда будет можно. Тогда Петька даже слазит на березу, которая растет недалеко от аэродрома, и посмотрит, есть ли там в гнезде сорочьи яйца. А пока нужно ждать по-настоящему.
Когда Петьке захотелось есть, он нарвал щавеля, который рос тут же под кустом, сложил его в пучок и откусил по самые корешки. Во рту стало кисло, но зато можно было долго жевать. Конечно, Петька мог бы сбегать домой. Там на полке есть хлеб, а на жердочке висит целый венок лука. Но трогать его без разрешения Маруси нельзя. Да Петька и не достанет.
Он лучше поиграет в камушки.