Вернее, я – дятел – позволил Нат себя сломать.
На меня накатывает пугающее опустошение.
Больше я такого никому не позволю. Никогда.
Нащупав в кармане коробку с кольцом, достаю. Кручу в онемевших от холода пальцах, так и не решившись открыть и еще раз на него взглянуть. Зачем еще больше рвать себе душу? Сердце судорожно сжимается. Оставить себе я его не могу. Но и вернуть в магазин рука не поднимается.
Решение выходит сиюминутным. Я ставлю коробку на перила. Поправляю. Так чтобы до тошноты ровно. Поднимаю с земли баул и, не оглядываясь, ухожу. Отчаливаю, окончательно попрощавшись в это мгновение с амурным хлюпиком внутри, который на недолгое мгновение позволил мне поверить в существование в этом продажном мире чего-то большого и светлого.
Нет. Херня это все. Любовь – она для избранных. Я не из их когорты. Увы».
___________
(7). Скарлетт О’Хара — главное действующее лицо романа Маргарет Митчелл «Унесённые ветром», написанного в 1936 году.
Глава 8
15 декабря
Натали
Следующим утром, преступно ранним, мне становится вполне понятно, что все произошедшее накануне – не страшный сон. Я просыпаюсь от приглушенного хлопка входной двери, когда за окнами еще не встало солнце. В полумраке спальни резко отрываю голову от подушки, прислушиваясь. Пытаюсь сложить три простые вещи: кто я, где я и что происходит.
Складываю. И тут меня накрывает. Сначала осознанием всего произошедшего вчера. Потом, как ни странно, жалостью к себе любимой. И, знаете, семь пятьдесят пять утра – не самое лучшее время для страдашек. Но этот поезд уже не остановить.
Я с пыхтением падаю затылком на матрас и накрываю голову подушкой, приглушая стон рвущейся из груди. Факты моего унизительного положения проносятся в голове бегущей строкой, с противным звуком «кря». Загибаем пальцы! Жениха нет. Квартиры нет. Контрактов теперь тоже нет. Так же, как нет и ни одной настоящей подруги, у которой можно было бы поплакаться на плече. Ах, да! Еще я вынуждена соседствовать со своим горячим бывшим, который считает что вся моя работа заключается в том, чтобы с улыбочкой ходить по подиуму сверкая голой задницей. Фан-тас-ти-ка. Где встать в очередь на премию «неудачница года»?
Вдох-выдох.
Считаем до десяти, Нат…
Хорошо. Объективно. С одной стороны я осознаю, что не настолько уж мои проблемы не решаемы. Бывают ситуации и гораздо хуже. Но с другой… я же девочка! Я хочу обнимашек, целовашек и пушистую новогоднюю ель с красными шарами! А не вот это безобразие, что свалилось мне на голову перед самыми праздниками.
Хочется капризно топнув ножкой и надув губки, утонуть в страданиях. Вот только, когда мне в моей жизни страдания помогали? Капризничать хорошо тогда, когда есть кому исполнять твои капризы. А у меня – возвращаемся к написанному выше – у меня есть только я. Поэтому я сажусь на кровати, подгребаю под себя ноги и устремляю взгляд в стену напротив.
Ладно, что мы имеем?
Ну, если отбросить всю лирику.
Жениха найду нового. Старый все равно был меня не достоин. Рекламные контракты, в теории, тоже у меня есть. Если уж совсем честно – просто я решила взять небольшой отпуск. Первый за последние пять лет. Да и своего рекламного агента уволила самолично. Подписала его заявление, вот этими руками узнав, что этот гнилой малодушный человек планомерно меня обворовывал. Квартира? Так я никогда не стремилась привязать себя недвижимостью к одному конкретному месту. Я всю жизнь мечтала много путешествовать. А Черкасов и наше неожиданное соседство?
Вот, с этим, конечно, нужно что-то решать.
Вот это, конечно, проблемка.
По позвоночнику прокатывается ток, от воспоминаний о вчерашней встречи.
Срочно решать, Нат!
Этот взгляд, эти руки, его запах. Что-то горячо любимое, но давно забытое. Такое, что до дрожи в слабых коленях. До сбившегося дыхания и полнейшего отупения. Вик изменился. Возмужал и набрал массу, как будто став шире в плечах. На теле парня стало в разы больше татуировок, а вокруг глаз лучиков-морщинок. Гладковыбритые щеки теперь покрывает щетина, а, так обожаемые мною раньше длинные кудряшки его волос, теперь только небольшими завитками торчат на самой макушке. Виски у него бритые. На лице пара новых, почти не заметных, шрамов. А в глазах сталь. Особенно странные реакции в моем теле вызывает последний пункт…