- Так это же в обычных условиях. А в Арктике их недостаточно, так как они не покрывают энергозатраты организма. Энергозатраты, Костя, - это та же энергия, которую живой организм расходует в процессе своей жизни. Если просто лежать в кровати при комнатной температуре, ничего не делая, они составляют всего 1000 килокалорий. Это так называемый основной обмен. Но стоит только встать с постели, пробежаться или заняться физической работой, они тут же возрастают.
- Но мы вроде физической работой особенно не перегружены, - сказал, как бы рассуждая сам с собой, Курко, - разве что порой грузы потаскаем или на аэродроме покорячимся.
- Дело в том, Митрофаныч, что в условиях низких температур энергозатраты на 15-30% больше, чем в умеренном климате. Но не только это. Расход энергии увеличивается при ношении тяжелой зимней одежды, сковывающей движения, при воздействии ветра, от хождения по глубокому снегу.
- Ну ладно, убедил, - согласился Курко. - А все же стол у папанинцев был побогаче, не чета нашему, - упрямо повторил он.
- А что тут удивительного, на них работал, собирая на льдину, целый Институт инженеров общественного питания. Их буквально завалили специально придуманными концентратами всяких супов, борщей, каких-то особых каш и мясных блюд. Зато мы вдоволь имеем свежего мяса, рыбы.
- Ну, ладно, доктор, убедил, - засмеялся Курко, - но все же солений надо было взять побольше.
- Куда уж там больше. Они ведь все в стеклянных банках. Попробуй убереги их от мороза.
Впрочем, в душе я был согласен с Костей. Не мешало бы нас снабдить пайком поразнообразней. Но тут моей вины не было. Снабженцы и без меня постарались как могли. Слишком много требований предъявлялось к продуктам для станции.
Они должны были долго храниться, не бояться мороза, содержать витамины и, конечно, быть по возможности разнообразнее. Мясо и рыба не вызывали сомнения, их можно было хранить в замороженном виде до самой весны. Консервы - тоже. Сложнее дело обстояло с овощами. Конечно, небольшой запас свежего картофеля и лука можно будет разместить по жилым палаткам, чтоб не замерзли. Но только небольшой. В основном все овощи - картофель, лук, морковь, свекла - были представлены в сушеном виде. Перечитав заново Ф. Нансена, Р. Амундсена, Р. Пири и других полярных авторитетов, я начал было склоняться к мысли: а не запастись ли пеммиканом. Эта прославленная пища арктических путешественников, представлявшая смесь сушеного мяса с жиром, воспевалась ими на разные лады. Правда, для улучшения вкуса в нее добавляли разные продукты: Пири - сушеные фрукты, Амундсен - овсянку, американские специалисты по питанию Д. Коман и 3. Губенков по заказу адмирала Р. Бэрда, отправлявшегося в Антарктиду, создали сложную хитроумную смесь. В нее вошли помимо традиционных жира и сухого мяса обезвоженный концентрат из помидоров и овощей, овсяное толокно, бульонные кубики, соленый лук, гороховая мука и еще одиннадцать других продуктов и специй. Но при здравом размышлении я пришел к выводу, что пеммикан нам не шибко нужен. Ведь он предназначен главным образом для санных путешествий. Меня смущало другое: на что сделать упор, на жиры, белки или углеводы? Тут царила полная неразбериха. У каждого из этих пищевых компонентов существовали свои защитники и противники.
Некоторые американские и английские специалисты оказались поклонниками углеводов, полагая, что рацион, богатый углеводами, позволяет лучше переносить низкую температуру, до -30°С. А, например, знаменитый английский полярный путешественник Э. Шеклтон утверждал, что "сахар является в высшей степени теплообразующим веществом и поэтому его суточная норма была доведена до двухсот граммов". Только накануне отлета на станцию мне попалась на глаза небольшая книжка, написанная М. Ф. Беляковым, директором Московского института инженеров общественного питания, "Питание папанинцев на дрейфующей станции". Это он руководил подготовкой продовольствия для дрейфующей станции "Северный полюс-1". Она содержала множество полезных советов. Но воспользоваться ими я уже не мог, запас продуктов для станции был без меня отобран, запакован и хранился на складе в МАГОНе. Единственное, что я успел сделать, - добыть витамины. Их я получил в большом количестве - всяких драже, таблеток аскорбиновой кислоты и клюквенного экстракта.
Завершив научные расчеты, я пришел к мысли, что пора бы мне покончить с ежедневными мытарствами по изобретению очередного обеда и ужина и сочинить меню сразу на неделю. Сказано - сделано. Я разложил перед собой список всех имеющихся продуктов и перечень блюд, которые смог бы приготовить. После длительного умственного напряжения я вывесил на стенки кают-компании меню ресторана "Приятного аппетита".