Но многочисленные трудности полярного плаванья и возможной зимовки на не подготовленных для этого судах испугали осторожного Чичагова. Спустя три месяца корабли вернулись в Архангельск. После того как повторная попытка пробиться на восток также оказалась безуспешной, Чичагов отказался от дальнейшего командования. Но неудача Чичагова не обескуражила русских исследователей. В течение трех десятков лет ряд экспедиций занимается изучением западной и восточной частей Северного Ледовитого океана. Особенно важными были исследования лейтенанта Федора Размыслова, установившего, что Новая Земля состоит из двух островов, разделенных проливом, названным Маточкин Шар, и капитана Гавриила Андреевича Сарычева у северо-восточных берегов Сибири, описанные им в книге "Путешествия флота капитана Сарычева по северо-восточной части Сибири, Ледовитому морю и Восточному океану".
Работы Сарычева были продолжены в двадцатых годах девятнадцатого века лейтенантом Петром Федоровичем Анжу и бароном Фердинандом Петровичем Врангелем. За четыре года экспедиция обследовала и описала почти три тысячи километров прибрежной полосы Сибири. На основании наблюдений и рассказов местных жителей Врангель утвердился в мысли, что к северу от берегов Чукотки лежит неизвестный остров. Хотя на просьбу о продлении экспедиции еще на два года последовал отказ Адмиралтейства, Врангель, уверенный в правильности своих предположений, нанес на карту этот так и не открытый остров. 43 года спустя американский китобой Лонг обнаружил остров в том самом месте, где с удивительной точностью нанес его Врангель, и назвал в честь первооткрывателя его именем.
Много способствовали расширению знаний об арктических землях и мореплавании в Ледовитом океане четырехкратные путешествия капитан-лейтенанта Федора Петровича Литке к Новой Земле в 1821-1824 годах и санные экспедиции поручиков Петра Кузьмича Пахтусева в 1832-1834 и 1835 годах и Августа Карловича Цыволка и Моисеева в 1838 году на Новую Землю.
С запада и востока штурмовали отважные исследователи арктическую твердыню. Все дальше на север проникали корабли. На карте Арктики возникали очертания новых, неведомых доселе земель. Только с 1818 по 1854 год было организовано 42 полярные экспедиции.
Но Северо-восточный проход по-прежнему оставался неприступным. Казалось, оправдывалось пророчество Ф. П. Литке, считавшего, что "морское сообщение с Сибирью принадлежит к числу вещей невозможных".
К такому же выводу пришел и Юлиус Найер, один из виднейших авторитетов в полярных делах. Он писал, что китайский чай, японский шелк и пряности с Молуккских островов не приплывут к нам вместе с льдинами. Нынче никто больше не верит в коммерческую ценность прохода.
Первый сокрушительный удар по этому мнению нанес шведский профессор Эрик Норденшельд. Его экспедиционное судно "Превен" в 1875 году, преодолев дрейфующие льды Карского моря, через два месяца после отплытия пришвартовалось в устье Енисея. На следующий год Норденшельд повторил свое плавание, и на этот раз одновременно с ним достигли великой сибирской реки капитаны Биггенс и Шванненберг, чьи корабли были снаряжены на средства сибирских золотопромышленников М. К. Сидорова и А. М. Сибирякова.
Этими плаваниями было положено начало морского сообщения с Сибирью. Уже через три года из английских портов вышли семь кораблей, держа курс к устьям Оби и Енисея.
Успешные плаванья по Карскому морю окончательно убедили в том, что Северо-восточный проход не столь недоступен, как казалось иным.
Подробно изучив все материалы о дрейфе льдов, метеорологических условиях и кораблевождении в Арктике, Норденшельд разработал подробный план экспедиции для осуществления сквозного плавания Северо-восточным проходом. Средства на нее предоставили король Швеции Оскар Второй, крупный шведский негоциант Оскар Диксон и русский золотопромышленник Александр Сибиряков. Норденшельд приобрел пароход "Вега" и, кроме того, на деньги Сибирякова был дополнительно построен большой пароход "Лена" и снаряжены еще два судна для сопровождения "Веги" до устья Енисея.
22 июля 1878 года корабли вышли в море. Благоприятные ледовые условия способствовали быстрому продвижению на восток. Достигнув устья Лены, корабли расстались. Дальнейший путь "Веге" предстояло проделать одной. Однако счастье, так долго сопутствовавшее исследователям, им изменило. 27 сентября у залива Колючинского ледяные поля стали непроходимым барьером на пути корабля. Но вера в успех дела не покидала Норденшельда. Ведь каких-то двести двадцать километров - и они у цели, тем более китобои, часто посещавшие эти места, покидали их порой даже в октябре. Однако надежде не было суждено осуществиться. Льды окончательно сомкнулись, и зимовка стала неизбежной. "...Один день проходил за другим без благополучной перемены в положении судна, - записывал в дневник Норденшельд, - я с ужасом убедился, перезимовка на пороге к переходу из Ледовитого океана в Великий океан становилась неизбежной". Участники стойко перенесли трудности. 17 июля, освободившись из ледяного плена, "Вега" вошла в Берингов пролив. Великая цель была достигнута.