1 сентября позади осталась бухта Тикси. Но опасность подстерегала моряков на каждом шагу. В очередной стычке со льдом была сломана вторая лопасть. Положение осложнилось: ледокол потерял маневренность, впереди еще сотни миль трудного пути. 10 сентября вблизи острова Колючий корабль столкнулся с огромной льдиной. Страшный удар потряс ледокол, а затем наступила томительная тишина. Все бросились на корму. У всех одна мысль - что с винтом? Внизу под кормой на шторм-трапе повис старший штурман Ю. К. Хлебников. Вспыхнула "люстра", осветив черную, покрытую ледяным крошевом воду. Длинным багром Хлебников тщательно ощупывал винт. Одна, другая, третья - все лопасти искорежены, сломаны больше чем наполовину. Четвертая - исчезла. Неподвижной громадой застыл корабль, окруженный мраком ночи. Единственный выход - заменить сломанные лопасти запасными, к счастью имевшимися на борту. Но для этого надо настолько изменить дифферент судна, чтобы корма поднялась над водой.
Двое суток подряд непрестанно грохотали паровые лебедки. Двое суток подряд, сгибаясь под тяжестью груза, переносили люди уголь, оборудование, продовольствие из кормовых трюмов на нос. Наконец корма пбднялась настолько, что можно приступить к работе. Правда, муфта винта все еще оставалась фута на полтора под водой. Не раздумывая спрыгнули механики в ледяную воду. Это была адская работа: по пояс в воде на пронизывающем ветру устанавливать полуторатонные лопасти.
Наконец винт отремонтирован. Загудели машины, и корабль, раздвигая форштевнем льдины, двинулся вперед.
Но 18 сентября произошло непоправимое. Один за другим послышались тяжелые удары. Все заскрипело, заскрежетало, словно на корабль обрушились тысячи тонн льда. Стальной вал гребного винта сломался, как спичка, и муфта винта вместе с лопастями ушла на дно.
С этой минуты ледокол превратился в беспомощную игрушку ветров и морских течений. Зимовка, казалось, стала неизбежной. Скоро наступит долгая полярная ночь, и тогда ничто уже не сможет вырвать корабль из ледяного плена. Отступать? Нет, об этом никто не помышляет. Если бы только удалось преодолеть тридцать миль, отделявшие их от мыса Сердце-Камень, ведь там начинаются сильные течения в сторону Берингова пролива. Медленно дрейфует поврежденный ледокол к востоку. Только бы не наскочить на подводную скалу, не сесть случайно на мель, тогда - все пропало. Вдруг ветер переменился, и корабль с ужасающей быстротой потянуло в обратном направлении, на северо-запад. Брошены ледовые якоря. Но миллионы тонн льда напирали с непреодолимой силой. Якоря оказываются бесполезными. Положение с каждой минутой становится все более безвыходным. Корабль неуклонно дрейфовал к северу. Но, к счастью, к утру 27 сентября ветер переменился. Не теряя времени, Воронин приказал ставить паруса. На палубу вытащили все запасы парусины, вплоть до черных от угольной пыли трюмных брезентов. Скоро на мачтах, надуваемые попутным ветром, распустились импровизированные паруса. Перед носом корабля загрохотали взрывы, взламывая лед. Конец длинного стального троса закрепили на баке впереди корабля, и лебедка, накручивая трос, помогает ледоколу продвигаться вперед. 1 октября показался мыс Дежнёва. Урраа-урраа - несется над волнами моря. Вокруг - чистая вода. В 14 часов 30 минут "Сибиряков" вошел в Берингов пролив.
Полярники с честью вышли из тяжелого испытания, преодолев Северо-восточный проход за два месяца три дня. Многовековая мечта человечества стала явью.
Через год по пути "Сибирякова" прошел ледокол "Челюскин", в 1954 году "Федор Литке", а затем пароходы "Анадырь", "Сталинград", "Ванцетти" и "Исира" совершили сквозное плаванье из Белого в Берингово море. Северный морской путь стал быстро превращаться в действующую транспортную магистраль. На отдаленных островках на мысах и в заливах появились домики полярных станций. Но плаванье в полярных морях требовало точных знаний о погоде, течениях, дрейфе льдов. Чтобы глубже проникнуть в тайны арктической природы, Советское правительство решило организовать в самом сердце Ледовитого океана, у Северного полюса, научно-исследовательскую дрейфующую станцию. В мае 1937 года из Москвы в Арктику вылетели четырехмоторные воздушные корабли.