ршенно случайно предложили работу. Очень хорошую работу. По моей специальности – я тогда училась на втором курсе университета именно в данной сфере. В классном офисе – практически в центре города только отремонтированное комфортное помещение со своей кухней и комнатой отдыха, да там жить можно было бы при желании. Мне предлагали пройти за счет фирмы обучение на курсах и непосредственно первую должность после хозяина фирмы. То есть вы понимаете, какой идиотиной я была, когда отказалась от этого предложения? А главное почему я от него отказалась! Потому что – внимание! Я мало времени бы проводила со своим парнем! Блять. Я на тот момент встречалась с мальчиком и ходить на какую-то там работу, а конкретно расставаться с ним аж на восемь часов каждый день – не хотела абсолютно. Ну на сколько надо было быть дебилкой? Я до сих пор, вспоминая тот свой фэйл, хочу себе двинуть хорошенько по шее. Ну не дура ли? Ну не идиотка ли? Ну в девятнадцать лет хоть какие-то мозги уже должны же были быть? При том, что тому парню было семнадцать, он регулярно тусовался с другими девочками, а я ждала его дома у окна. И естественно по закону жанра мы с ним в итоге расстались. У меня о своих умственных способностях просто не было слов. Одни нецензурные. И когда уже в свои тридцать я стояла одной ногой в разводе с голой жопой и ребенком на руках, мне больше всего на свете хотелось вернуться в свои девятнадцать, дать себе хороших пиздюлей и просто заорать в свои уши: «Очнись уже, дура ты малолетняя». За эти одиннадцать лет благодаря тому предложению я бы точно смогла приобрести себе по крайней мере студию. В течение пяти лет спокойно бы накопила на первый взнос, в двадцать пять взяла бы ипотеку, еще за пять лет большая часть была бы уже выплачена. И даже если бы к тридцати у меня и остался небольшой хвост по ипотеке, тем не менее я бы жила в своем жилье и самая большая проблема в моей жизни даже бы не возникла. И конфликта с этим членом семьи у меня бы тоже не было. И когда я сидела дома (у мужа в смысле), забившись в угол и рыдала от своего бедственного положения, винить-то мне в этом было некого, кроме себя самой. Свой тридцатый день рождения я встречала в полнейшем осознании того, что я полная тупица и бомж, одной ногой в разводе, жилья не было, карьеру я выстроить не успела, даже хоть какой-нибудь работы у меня не было, потому что сына еще не брали в сад и в довершении всего мой источник дохода к тому времени иссяк. Единственный мой остров безопасности был – это вернуться обратно к маме. Я ей безмерно благодарна за вот такую негласную поддержку, в случае чего я знала: мамин дом для меня всегда открыт. Замужем ли я или развелась, с ребенком ли я или с выводком детей – мама мне всегда поможет, чем сможет. Но и там были свои тонкости – мы с моей любимой мамулей совершенно не совместимы в быту. Если мне необходимо выкинуть весь хлам и дышать свободно, то маме непременно нужны старые тапки, миллион пакетиков и сломанная крышка, они ж пригодятся. Я же в такой атмосфере существовать ну просто не могу, мне жизненно необходимы чистота, порядок и уют. Хотя моя мама совершенно точно не дряхлая старуха, а зрелая приятная женщина. Но вот такой старческий загон всегда не давал нам мирно уживаться вместе. И когда в своих мыслях я раздумывала о возможном разводе, то совершенно не знала, куда мне с ребенком и кошкой подмышкой себя приткнуть. То ли снимать себе квартиру, на первое время моих сбережений вроде бы хватало, но... То ли приехать к маме, завязать свою варежку и не вякать, только вот Лапа не ужилась бы с мамиными двумя котами, она до истерики боится других животных. То ли бросить свои сбережения на ремонт в строй варианте у мамы, у нее на участке два дома, и жить себе там. То ли все-таки отправить накопления на первый взнос и взять себе хоть что-нибудь в ипотеку. То ли вообще купить на эти деньги машину и через полгода возить сына в сад, а самой идти работать в какой-нибудь банк, иначе без машины мой сын остался бы и без сада, потому что если бы я развелась и уехала к маме, сад для сына остался бы за тридевять земель у дома мужа. Я в этот сад переводила сына со скандалом и второй раз обращаться в гороно по поводу нового перевода ребенка мне уж точно не хотелось. Короче, я находилась в тотальном тупике и вообще не знала, что же мне делать со всей своей жизнью. Единственное мое желание было – это вернуться на десять лет назад и вломить себе пиздюлей. А самое печальное в моих размышлениях было то, что одной ногой в разводе я стояла не из-за претензий или проблем с мужем, а именно из-за плохих отношений с тем человеком. Помню, в один день я взяла сына, телефон, сумку и выскочила из дома мужа в чем была. Приехала к маме и сказала: «Мам, я наверно буду разводиться». Сидела у нее и думала, как вообще такое могло произойти, что с этим человеком у меня настолько плохие отношения? Анализировала свое поведение, может быть я что-то делала не так. Проводила параллель между отношениями с этим человеком и отношениями с другим человеком, но в точно таких же обстоятельствах. И отношения с тем другим человеком у меня по сей день были прекраснейшие. Хоть мы уже давно стали друг другу совсем не близкими людьми. По сей день в те редкие встречи, когда я случайно где-нибудь в городе встречала второго человека, она до сих пор была рада меня видеть, обнимала при встрече, улыбалась, спрашивала: «Анечка, ну как ты, как у тебя дела? Всё хорошо?» Мое отношение и поведение к этим двум людям изначально было одинаковое. Только вот с первым человеком из прошлого контакт выстраивался прекрасный, а со вторым человеком из настоящего – ужаснейший. И как наладить контакт с этим человеком из семьи я вообще не знала. Да и уже наверно больше не хотела. Мы с мужем кое-как нашли компромисс во всей сложившейся ситуации, я вернулась к нему домой и, стиснув всё свое самообладание в кулак, ежедневно твердила себе: «Я во всём разберусь, всё наладится, всё обязательно наладится. Всё у меня обязательно наладится». А с последних пляжных фотографий на меня смотрела тощая девичья фигура. Эти худые руки, худые ноги. На сколько я всегда любила такие стройные женские тела и свое собственное соответственно, но глядя на себя со стороны даже мне моя худоба была тогда через чур.