Как можно было отказать себе в такой увлекательной и веселой игре? Да никак. И вот этим фактом, что она каждый день вызывала во мне шквал эмоций, она словно подсадила меня на себя. Она мне стала настолько интересна, что я на ноутбуке молодого человека пересмотрела все их фотографии, по постам вконтакте вычислила всех ее близких подруг и слушала крохи информации о ней с открытым ртом. Сама я не заводила разговоров про нее, я не могла себе позволить вот так явно показывать вообще кому бы то ни было свою реальную заинтересованность в ней, для меня это было позицией слабости; открытые разговоры о ней для меня были бы словно признанием своей ревности, признанием скуки своей жизни без нее. Но мысленно, завуалированно и обходными путями я еще как бежала к ней навстречу в распростертыми объятиями. Вот в этом мне очень стыдно сейчас сознаваться. Я говорила, что она сталкер, но я тоже была не меньшим сталкером, чем она, только ее позиция была даже честнее, она следила за мной в открытую, а я всем своим видом демонстрировала полное безразличие по отношению к ней, а на самом деле днями и ночами зависала на ее странице, разглядывала ее фотографии и манипулятивно выпытывала у окружающих сведения о ней. Мне хотелось и дать ей по башке лопатой, и утереть ей нос своим ну каким-то внешним превосходством, и поболтать по душам, и расспросить у нее про их прошлую жизнь с теперь уже моим парнем, как они познакомились, что она дарила ему на праздники, как они решили пожениться, узнать ее сторону что все-таки ее подвело к разводу и так далее, и тому подобное. За небольшой промежуток времени в виду постоянных эмоциональных раскачиваний и всплесков она так сильно подсадила меня на себя, что я уже как-будто без нее не могла жить. Мне без нее было очень скучно. Она добавляла перчинку в мою обычную повседневность. И такую перчинку, что в этих наших странных отношениях я чувствовала себя на коне благодаря всем ее действиям. Я молчала, я ничего особенного не делала, вернее даже если и делала, то мой сталкинг оставался в тени, ни кем не замеченный; я просто была, я просто жила, я просто выполняла свои обычные дела, а она как-будто бегала за мной по пятам, она впряглась со мной в какую-то войнушку, что-то кричала мне в след, пыталась меня догнать и как-то зацепить. Я же продолжала молчать и просто отходила дальше. И даже когда ее взаимоотношения с моим парнем действительно пошли на убыль, она перестала ему названивать и требовать примирения, ее взаимоотношения со мной не прекращались. Она стала писать мне гадости на анонимный вопросник. Она добавлялась ко мне в друзья то с аккаунтов по написанию курсовых работ за один день созданных и наспех накиданных постов, то с аккаунта незнакомой девушки, которой просто было очень интересно общаться именно со мной и никогда ранее она меня не знала, ага, конечно. А по ее информации вконтакте и инстаграме я понимала, что она каждый день следила за моими соц.сетями. Она стала копировать меня. Стала отращивать волосы и красить их в черный цвет; я на протяжении нескольких лет раз в год красилась в темный. Она стала усиленно худеть и заниматься спортом. Однажды мы пересеклись с ней в парке, я там бегала, была одета в короткий спортивный кроп-топ и леггинсы, которые понятное дело демонстрировали мою миниатюрную фигуру, а она стояла с друзьями. На следующий день она сфотографировалась у себя дома то ли в белье, то ли в купальнике, рассказывая, как стала заниматься спортом. Однажды мы увидели друг друга около торгового центра, я стояла на улице, разговаривала по телефону, на мне было надето мое свежекупленное пальто, а она ехала в транспорте и как только я заметила ее в окне, она отвернула от меня взгляд. И на следующий день сфотографировалась в лифте тоже в пальто и собственно так и подписала эту фотографию, что купила себе новое пальто. Она копировала мои посты из соц.сети – в канун Нового Года я написала о благодарности к прошедшему году и свои ожидания относительно наступающего нового года. На следующий день она почти слово в слово написала точно такой же пост. Хотя ни разу до этого перед Новым Годом ничего подобного не писала в своих соц.сетях. Летом мы семьей уехали в отпуск, отдохнули, вернулись домой и я выложила пляжные фотографии и рассказала, что мы ездили отдыхать. Через пару дней она выложила пляжные фотографии и написала, что незапланированно с семьей уехала в отпуск. Я несколько лет подряд покупала себе купальники-монокини; она стала покупать себе слитные купальники. Я крашу ногти исключительно светлыми, часто даже белыми оттенками; она стала красить ногти белым цветом вместо красного и темного, как раньше. Я своему сыну покупала одежду с ушками на капюшонах и детские шапочки с ушками; она своей дочке тоже стала покупать одежду с ушками. Мой сын у меня в соц.сети первый год назывался не иначе, как котенком; она свою дочку в соц.сети стала называть кошечкой, при том что ее дочка старше моего сына примерно на год и до этого кошечкой она свою дочку ни разу не называла. И таких примеров было масса. Она словно перенимала на себя то, как я выглядела, то, что я говорила, то, что я делала. Конечно же все эти мелочи могли быть простыми совпадениями и вообще быть абсолютно субъективными и притянутыми мною за уши, но что-то мне подсказывает, что это были не совпадения, она действительно следила за моей жизнью и хотела быть на меня похожей.