Однажды я просто выходила из комнаты в кухню, и вдруг увидела в открытую дверь в ванной такую знакомую белёсую дымку, напоминающую человеческий силуэт.
— Не может быть. Только не снова, — пробормотала я, зажмуривая глаза, а когда открыла силуэта уже не было.
*****
Потом это повторилось и не один раз. В один из вечеров, когда мы пили с хозяйкой дома чай, я решила расспросить её, вдруг она тоже чувствует что-нибудь странное.
— Оксан, ты знаешь что мы не одни в доме? — начала я разговор с главного, решив что расхаживать вокруг да около не стоит, и что даже если она примет меня за сумасшедшую, не впервой, так что и расстраиваться не стану.
— Да, есть такое дело. Ты не первая мне об этом говоришь. Я раньше дом полностью сдавала и жильцы иной раз рассказывали что чувствуют нечто странное. Да и у меня пару раз было впечатление, будто кто-то за мной наблюдает. Оглянешься, а вроде нет никого. Может души это, тут ведь неподалёку когда-то старое кладбище церковное было.
Вот тут я поняла как сильно попала. Но решила пока остаться, сказала себе, что если начнутся кошмары то сразу же съеду.
*****
Несмотря на редкие видения, полгода я прожила относительно спокойно. Кошмаров практически не было. Пока не умерла моя любимая бабушка, мамина мама. Ушла очень быстро и попрощаться я не успела, но весточку от неё все равно получила.
— Мне тут она приснилась, — рассказывала на похоронах двоюродная сестра. — Зашла попрощаться и сказала, что теперь будет всё время молиться за весь наш род. Сказала, мы и так были под защитой её, а теперь она просто будет нашей заступницей на небесах. Защитницей рода.
Эта новость меня порадовала, и я улыбнулась сквозь слезы. Я её очень сильно любила.
*****
Несмотря на слова любимой бабушки, кошмары вернулись почти сразу. Видать слишком сильны были.
Выплываю из сна и чувствую как кто-то на меня ложится сверху, и придавливает к кровати, а я не могу пошевелиться, и хотя бы пискнуть. С трудом раскрываю глаза и мучительно вглядываюсь в темноту, но никого не вижу. Голос прорезается внезапно, а вот пошевелиться и скинуть тяжесть не могу и я отчаянно сиплю:
— Отче наш, сущий на небесах!
И в ответ слышу:
— Да святится имя Твоё, — голос мужской насмешливый с хрипотцой.
— Да святится имя Твоё; да приидет Царствие Твоё, — а я всё равно продолжаю, вкладывая в молитву веру в Господа, и надежду на спасение, чувствую как наваждение, усмехнувшись, исчезает.
А мне становится легче дышать и свобода движения возвращается. Сердце бьёт где то в горле, оглушая бешеным шумом пульса в ушах. Я подскакиваю с кровати, включаю свет и, схватив молитвенник, буквально падаю на кровать, ибо дрожащие ноги не держат и молюсь, молюсь. Так мне страшно!
*****
Прошло два месяца ужаса. Я каждый вечер читала молитвы, и спала зажимая в кулаке живую помощь. Иконы стоят на комоде рядом с кроватью. Мне страшно и страх этот не проходит, ведь я чувствую как нечто за мной наблюдает и не собирается уходить. И только щит из моих молитв и веры не даёт этому существу приблизиться ко мне.
Только днём на работе могу спокойно вздохнуть. Только на работе я полностью свободна.
А ещё я поняла одну простую истину — даже если съеду, сущность эта пойдёт за мной и не оставит в покое. Так что мне остаётся только молиться.
*****
Сон, такой необходимый и такой недоступный! Я уже привыкла лишь дремать и по настоящему проваливаюсь в сон, только когда занимается рассвет над городскими крышами. Но сегодня я буду спать, несмотря ни на что. Потому что больше так не могу. Потому что уже ничего не соображаю от недосыпов и меня шатает от усталости. Сквозь пелену практически ничего не понимая, бормочу молитвы и проваливаюсь в блаженный сон. Сколько просплю не знаю, но знаю, что кошмар начинается…
Я чувствую как нечто ползёт по мне, ложится сверху и прижимает к кровати. Страх заставляет открыть глаза и боковым зрением я вижу женщину. Красивая и обнаженная. Я чувствую тепло её тела и дыхание на своей щеке. Она вдыхает мой запах и томно шепчет на ухо:
— Вкусная!
Боже, как же мне страшно! Боже помоги!
И слышу её смешок:
— Боже помоги!
— Отче наш, — сиплю превозмогая паралич сковавший моё тело, а она читает молитву вместе со мной, пакостно, томно и развратно, но по мере чтения тает и растворяется в ночи.
Лежу, несколько минут приходя в себя, и поднимаюсь с кровати. Включаю свет, беру молитвенник и читаю молитвы, прося защиты у Бога и Архангела Михаила. И ещё несколько молитв. Спать не могу, страшно.