Глава 19. Ева
Наш план с Гордеем рассыпался в прах буквально в первые минуты, как мы переступили порог ледового дворца. Будто кто‑то сверху нажал кнопку "аварийный сброс" и понеслось.
Спортивный директор выцепил нас с Ритой почти у входа в кабинет. И вот уже несколько часов мы тонем в болоте организационных моментов: согласовываем, уточняем, перепроверяем. А ещё надо продумать, как организовать доступ журналистов к игрокам и тренерам после матча. А ещё, не забыть про пресс‑конференцию для обеих команд. Время летит, как шайба по льду: только что вроде бы пришли, а уже ровно час до игры.
У ребят через двадцать минут раскатка. А мы с Ритой забираемся в кабинет, урвать хоть крохи покоя. Кофе. Пять минут тишины. Просто отдохнуть. Это всё, что сейчас нам нужно.
Рита… Она после разговора с Севой не похожа на себя. Лицо, как затянутое тучами небо перед метелью. Слушала Григория Дмитриевича вполуха: взгляд то и дело уплывает куда‑то вдаль, а когда он обращается к ней, то вздрагивала, переспрашивала, кивала, бросая на меня беспомощные взгляды: "Напомни, о чём речь?"
Хорошо, что я всё записала. Детально. По пунктам. Может успеем обсудить и разложить по полочкам, хотя вряд ли. Времени катастрофически не хватает. Скорее всего, "идеальный план" останется лишь на бумаге. Придётся импровизировать, действовать по ситуации, ловить моменты на лету. В таких условиях главное не растеряться. Держать голову холодной, а глаза открытыми. Быть готовой к любым неожиданностям. И помнить: даже если всё пойдёт не по плану, у нас всегда есть запасной ход. Или два. А может три.
Смотрю на Риту, но не лезу с расспросами. Вижу, что сейчас не до разговоров. Но в столовой она всё же обронила пару фраз про то, что случилось утром.
Меня тогда накрыло злостью, я вскипела, как чайник на максимальном огне. Как он мог? Как Сева, взрослый вроде человек, мог так обидеть мою Риту, мой нежный цветочек, мою самую близкую подругу? Но потом, уже в машине у Гордея, я услышала всю историю. До конца. И злость потихоньку отступила, оставив после себя странное, тягучее чувство, смесь раздражения и… сочувствия?
А ещё, чёткое понимание, что Севу надо выручать. Глянула тогда на Севу и едва сдержала улыбку. Бедняга выглядел так, будто вот‑вот начнёт заикаться или у него глаз задергается. Если, конечно, это ещё не началось. Если он всерьёз собрался сделать Рите предложение, мы просто обязаны помочь. Потому что друзья они для этого и нужны. Для того, чтобы в нужный момент подставить плечо, подсказать, организовать, прикрыть тылы.
Ева: Гордей, привет. Это Ева. Мы только освободились. Поэтому нет смысла сейчас чтото устраивать. Давай после игры попробуем их помирить. Согласен?
Набираю сообщение Гордею и невольно кошусь на Риту. Сердце каждый раз ёкает, стоит мне увидеть её сейчас. Сидит, уставившись в одну точку, машинально подносит к губам чашку с кофе, запихивает в рот кусок шоколадного круассана, будто делает всё на автопилоте. Ни блеска в глазах, ни привычной улыбки.
Гордей: Привет! Хорошо. Давай у вашего кабинета после игры.
Ева: Не могу после игры. У вас после нее пресс-конференция.
Гордей: Бл... Ладно, давай по ходу дела решать будем.
Гордей: Сегодня все против них (грустный смайлик)
Ева: Согласна
Гордей: Севыч сам не свой. Ходит, глазами хлопает, на вопросы невпопад отвечает. Вроде здесь, а мыслями где‑то за тридевять земель.
М‑да… С таким настроем выходить на лёд всё равно что добровольно подписать себе приговор. Поражение? Практически гарантировано. Но я всё‑таки цепляюсь за хрупкую надежду: а вдруг ребята сегодня вырвут победу? Ведь это не просто матч. Это решающий бой сезона. На кону выход в плей‑офф. Один шаг, один рывок, одна блестящая игра, и мы в игре по‑крупному. Григорий Дмитриевич, как всегда, спокоен и рассудителен. Говорит, что для новичков в КХЛ такой результат уже успех. Мало кто добивается подобного в первый год.
Но игроки… Они молодцы. Каждый на своём месте, каждый как винтик в отлаженном механизме, где нет лишних деталей. Я вижу их сосредоточенные лица на тренировках: ни тени сомнения, ни капли растерянности. Только стальная решимость и готовность выложиться на полную. Они не просто играют, они сражаются. За команду. За город. За мечту.
В их взглядах огонь, в движениях чёткость, в молчании сила. Они знают, что нельзя отступать. Они тренируются всю свою сознательную жизнь, они живут хоккеем.
Тренеры тоже не подводят. У них только чёткие указания, только холодный расчёт, только железная дисциплина. В их интонациях уверенность, в жестах точность, в глазах непоколебимая вера в команду.