Она отвечает на поцелуй. И у меня сносит крышу. Всё внутри переворачивается, сердце бьётся так, что, кажется, готово вырваться из груди. Мне тяжело, почти невыносимо собрать волю в кулак и оторваться от неё.
Я прижимаю её к себе, и на миг всё вокруг перестаёт существовать. Только она, её тепло, её дыхание, сбивчивое, чуть дрожащее.
Её губы тёплые, мягкие, чуть приоткрытые. Я целую её медленно, бережно, боясь спугнуть, будто держу в руках что‑то хрупкое, бесценное. Время растворяется. Остаются только ощущения. Её лёгкое прикосновение её пальцев к моей шее, едва уловимый запах её волос знакомый, родной, тепло её рук, которое пробирает до костей.
Я углубляю поцелуй совсем немного, едва заметно. Она не отстраняется. Наоборот чуть подаётся вперёд, прижимаясь ближе. И от этого внутри всё переворачивается. Моё сердце бьётся так громко, что, кажется, она может услышать. Или почувствовать через ладони, которые сами находят её талию, через губы, которые не хотят отпускать. Она отвечает сначала робко, потом смелее. Её язык касается моего легко, почти случайно. И это как разряд тока: по спине пробегает дрожь, пальцы сжимаются на её талии.
Мне хочется целовать её вечно. Запомнить каждую секунду: как она вздыхает, как её ресницы дрожат, как её руки скользят по моим плечам.
Но реальность напоминает о себе, воздух кончается, разум требует остановиться. С трудом отрываюсь от её губ. Наши лбы соприкасаются, дыхание смешивается. Я не открываю глаз, боюсь, что всё исчезнет.
Тишина вокруг, но внутри меня буря. Я чувствую, как она дышит, как бьётся её сердце. И понимаю, что я не отпущу. Ни за что.
Упираюсь лбом в её лоб, боюсь открыть глаза. Дышу тяжело, пытаюсь привести мысли в порядок, но меня прошибает током от каждого её прикосновения.
Она проводит пальчиками по шраму на моём лице, так ласково, так бережно, что внутри всё сжимается. Я кладу щёку в её ладонь. Мне нравится, как она это делает. Нравится ощущать её руки на своей коже. Нравится чувствовать, что она здесь, рядом, настоящая.
Поднимаю на неё взгляд и замираю. Вот она. Моя родная. Моя маленькая, хрупкая девочка, которую я хочу сделать своей навсегда.
Её глаза, как два бездонных озера, в которых тонет весь мой мир. Ресницы чуть дрожат, губы всё ещё тёплые от поцелуя. Она смотрит на меня, не отводит взгляд, не прячется. И от этого внутри всё сжимается от нежности и какого‑то почти пугающего счастья.
В голове хаос. Тысяча слов, тысяча признаний, тысяча «я люблю тебя», которые рвутся наружу. Но я глотаю их, сдерживаюсь. Понимаю, что сейчас не время вываливать всё разом. Она может испугаться. Может отстраниться. Может сбежать, и тогда я уже не смогу её вернуть.
Надо начать с малого. Шаг за шагом. Не спеша. Чтобы она почувствовала, что я не тороплю, я жду, я готов быть рядом, сколько бы времени это ни заняло.
— Ты… — голос чуть дрожит, но я заставляю себя продолжить. — Ты даже не представляешь, как я испугался. Думал, с тобой что‑то случилось.
Делаю паузу, провожу пальцами по её щеке. Она не отстраняется, и это уже победа.
— Я не хочу тебя терять, — говорю тихо, но твёрдо. — И я не тороплю. Просто… позволь мне быть рядом. Хорошо?
Смотрю в её глаза, жду ответа. Любой. Даже если это будет «нет», я приму. Но в глубине души надеюсь, что она поймёт. Поймёт, что это не мимолетный порыв, а то, что зрело внутри меня давно тихо, незаметно, но неотвратимо.
И вот, в самый неподходящий момент, когда мир будто замер между вдохом и выдохом, раздаётся резкий звонок. Телефон в руке вибрирует, экран вспыхивает: «Мама».
Черт.
Я застываю на секунду, потом торопливо беру трубку.
— Алло.
— Сыночек, я уже всё. Ты уже подъехал? — голос мамы звучит мягко, но с лёгким налётом нетерпения.
Внутри всё падает. Блин, я же совсем забыл, что обещал заехать, помочь, а сам…
— Блин, прости, мам, — выдыхаю, проводя рукой по волосам. — Немного забегался и забыл. Сейчас приедем.
Нажимаю «отбой», медленно опускаю телефон. Поднимаю глаза, и снова тону в её взгляде.
Ева.
Она стоит напротив, такая нереально красивая, что в груди снова что‑то сжимается. Свет из окна ложится на её лицо, подчёркивает изгиб губ, тень от ресниц на щеках. Я невольно задерживаю дыхание, просто любуюсь секунды, которые кажутся вечностью.
И вдруг, словно вспышка. Идея приходит сама, чёткая, ясная, будто всегда была где‑то рядом. Надо позвать её на свидание.
Сердце стучит чуть быстрее. Я делаю шаг ближе, сглатываю, собираясь с мыслями.
— Ев, нам надо по делам съездить, — начинаю, и в этот момент не могу удержаться. Наклоняюсь ещё ниже и коротко, нежно целую её в губы. — А потом… я хотел бы пригласить тебя на свидание. Ты согласна?