Затем ковбой погрузился в молчаливый и отстраненный, быстрый сосредоточенный анализ сложившейся ситуации и перебирал в голове свои возможные действия. Все казалось бы маленькие неувязки росли как ком. Теперь к его собственным проблемам, как кража и угон скота, когда калечат лошадей и срываются все его попытки получить прибыль, а вернее, выгодные контракты, чтобы спасти ранчо, появилась на шее еще и эта девчонка. Хотя Марк ни секунды и не жалел о своем намереении. Он с юности не мог терпеть издевательств над слабыми, особенно со стороны тех, кто имел и власть, и деньги, ползуясь этим дя себя. Поэтому этот вопрос для него был решен еще тогда.
– Утром я позвоню своему другу Роберту Джонсону, он местный шериф, – сказал он Эмили задумчиво. – Возможно, тот слышал о чужаках.
На этом Марк вздохнул и добавил:
– Тогда он будет держать нас в курсе обо всех, кто появился в городе недавно и тем более подозрительный.
Девушка только смотрела на него своими заплаканными, непонятного от красноты, цвета глазами и молчала. Парень понял, что она еще в шоке от погони и всего, что случилось за последнее время. Ему следовало как-то ее успокоить. Он задумался, что могло бы так успокаивающе подействовать. И тут понял.
– Я по периметру как раз закончил устанавливать сигнализацию, а сегодня утром планировал подключить. Так что очень вовремя, получается. Мы теперь будем знать о любом незваном госте, – сказал ковбой бодро, еще раз мысленно похвалив себя за то, что не пожалел очень значительной суммы на охранную систему ранчо.
Эмили же в этот момент с ужасом подумала, что еще чуть-чуть, и она бы попалась, приди вечером, как изначально хотела. От этого девушка тяжело сглотнула.
Марк увидел это и решил, что та, видимо, представила своих преследователей, и добавил, надеясь, что это прогонит ее страх окончательно.
– Я тогда уже сейчас пойду и все налажу. Это займет всего-то пару часов, так что они не успеют тебя найти. А сама пока отдохни.
Он внимательно посмотрел, понимая, что самое лучшее для той сейчас успокоится и, хотя бы немного, отдохнуть. Видок у нее был, прямо скажем, очень потрепанный.
– Нервы вещь такая. Нужная, – сурово произнес парень.
Эмили согласно кивнула, прекрасно зная, что пока она не приедет сама, когда бумаги будут у нее. Или не пройдет отпущенный на их добычу срок, никто ничего предпринимать не будет. Ну, они так обещали. хотя... Она поймала себя на том, что те люди могут поступить и не следуя обещаниям. И ее действительно затрясло от страха и волнения. Но к этому примешивалось ожидание и нервозность, что вот этот парень сейчас поймет ее вранье. И тогда наверняка пристрелит, как любой техасский ковбой. А его оправдают. Она была уверена в этом, потому что сама сейчас нарушала закон: хотела обмануть и обокрасть.
Эмили даже боялась думать об этом, вспоминая тот нож. К тому же ей так часто последнее время не везло, что в благородство Марка и помощь без требования чего-нибудь взамен девушкаа просто не верила. Ведь про то, что ей нужны его бумаги на ранчо она ничего ему не рассказала.
«Если я расскажу часть правды, но не скажу всего, то он скорее мне поверит», – рассудила она, еще начиная рассказ о своей ситуации, но поведав Марку все не до конца. Ну, во всяком случае, про большую ее часть не солгала.
И вот Эмили сделала вид, что смертельно устала, и поплелась за ним на второй этаж, незаметно пытаясь определить в какой из комнат можно хранить важные документы.
«Такой большой дом!» – невольно отметила она, оглядываясь по сторонам погруженного в темноту здания, поднимаясь по лестнице и понимая, что задача становится все сложнее и сложнее. – «Наверное, надо найти кабинет», – решила девушка и стала приглядываться внимательнее, но в царящей вокруг тьме, кроме зоны коридора и лестницы с дежурным светом, ей это не очень хорошо это удавалось.
А потом Эмили вспомнила про шерифа, о котором упомянул Марк, и сердце ее забилось еще чаще.
«Что ж за невезенье такое!» – тихонько застонала про себя от разочарования. – «Еще и шериф в друзьях!»
На этот звук Марк обеспокоенно обернулся:
– Что-то болит? – тут же отреагировал он, полностью повернувшись к ней лицом и внимательно приглядываясь к девушке.
Только сейчас Эмили осознала, что стоит на последующей, более нижней ступеньке лестницы перед ним, а ее взгляд практически упирается в его накаченную как раз в районе его грудной клетки, к которой так захотелось прижаться в надежде найти поддержку и утешение. От этого странная горячая волна прокатилась по девушке.
«Стоп!» – выдохнула Эмили. – «Тебе что, заняться нечем?» – спросила она сама себя. – «Тебя того гляди грохнут либо те громилы, либо этот красавчик, а ты не понятно о чем думаешь!» – ругалась она мысленно.