— Это бессмыслица. Ты у нас лучший стажёр.
— Возможно, но я не единственный стажёр. Они могут нанять лишь ограниченное количество людей.
— Чушь собачья. Единственный другой стажёр – Генри, и он, в лучшем случае, посредственность. — На самом деле, к чёрту Генри. Он был довольно славным парнем, но если из-за него Бруклин придется уйти, я возненавижу его (при всём уважении).
— Наверное, это субъективно, — пожала она плечами. — Хватит обо мне. А как насчёт тебя? Как ты оцениваешь шансы клуба выиграть Лигу чемпионов?
Она не скрывала своего уклонения, и я это уважал. Но я также мог злиться на то, как «Блэккасл» с ней обращался.
— Неплохо. — Я подавил желание позвонить директору по персоналу и устроить им разнос. Это было бы уже слишком. Зная Бруклин, она бы это возненавидела. — Пока что мы надираем задницы, но мы ещё не сражались с самыми серьёзными конкурентами.
Мы находились на этапе чемпионата ЛЧ. Команды играли друг с другом лишь один раз за этот период, и хотя мы уже одержали несколько побед, в ближайшие недели нас ждали матчи с «Реалом», «Барсой» и другими топ-клубами. Мы не могли позволить себе расслабиться.
— На мне огромное давление, чтобы попасть в финал, как со стороны клуба, так и со стороны моего агента. Он считает, что у меня есть хорошие шансы стать послом «Зенита», если это произойдёт, — добавил я. Не совсем понимал, зачем я добавил эту последнюю фразу. Чтобы продлить разговор? Чтобы произвести впечатление на Бруклин?
Если и существовал бренд, способный на последнее, то это был «Зенит» – крупный мировой бренд, продававший обувь, одежду, спортивный инвентарь и всё, что только можно себе представить. В отличие от конкурентов, которые каждый год менял своих амбассадоров, «Зенит» славился тем, что на протяжении десятилетия у него был один-два амбассадора. Бен Эверс, нынешний посол мужского спорта, был с ними двенадцать лет. Недавно он объявил об уходе из плавания, и ходили слухи о том, что «Зенит» якобы ищет ему замену.
Кто-то из их руководства связался с Ллойдом, моим агентом, чтобы договориться о встрече. Они не сказали, о чём именно, и я не хотел себя обманывать, но речь, должно быть, шла о возможном спонсорстве. Я не мог придумать другой причины, по которой они могли бы захотеть встретиться.
— «Зенит». Вау. — Брови Бруклин поднялись в невольном восхищении, и будь я проклят, если это не зажгло в моей груди огонь. — Мне кажется, ты уже лицо всего. Одеколон, дезодорант, одежда... я не могу пройти ни одной станции метро, чтобы не увидеть твоё лицо, расклеенное по всем стенам.
— Значит, мой план мирового господства работает.
Я шутил лишь наполовину. У меня было больше спонсорских контрактов, чем у кого-либо в «Блэккасле», включая Ашера. Ллойд беспокоился, что это приведёт к «размыванию бренда», но я не собирался вечно быть на вершине. Стоит воспользоваться этим, пока есть возможность.
Деньги, которые я получал от спонсоров, были моей подушкой безопасности. Даже если бы завтра я получил травму и мне пришлось уйти из футбола, я всё равно был бы готов к пенсии. Я зарабатывал на контрактах с брендами больше, чем получал зарплату в «Блэккасле», и я разумно инвестировал эти дополнительные деньги.
Но – и я никому об этом не расскажу – ещё одна причина, по которой мне нравилось работать с брендами, заключалась в возможности получить признание. Каждая сделка была доказательством того, что они в меня поверили и что я достоин быть здесь.
Я не был достаточно хорош для всех, но для кого-то этого хватало.
— Надеюсь, ты останешься в «Блэккасле», — сказал я Бруклин. — Без тебя всё было бы совсем иначе.
Она, очевидно, не хотела об этом говорить, но я не мог отпустить её, не поделившись своими чувствами. Я уже был на её месте. Я ждал предложений, которые так и не поступали, и упускал возможности, ради которых я пахал как сумасшедший.
Я не мог изменить условия работы Бруклин, но мог дать ей понять, что её ценят. Её присутствие имело значение, независимо от того, что делал или не делал отдел кадров.
Её лицо смягчилось.
— Спасибо. — Улыбка заиграла на её губах. — Думаю, ты получишь контракт с «Зенитом», независимо от того, попадёшь ты в финал или нет. Ты – это ты.
— Это комплимент?
— Обычно нет, но в этом случае – да. Не придавай этому слишком большого значения, — предупредила она. — Я в бреду от недостатка сна.
— Еще и десяти нет, бабушка.
— Я рано проснулась, бездельник.
Моя ухмылка отражала её улыбку, и мы снова погрузились в наше непринуждённое общение. Наш короткий момент уязвимости прошёл, но его отголоски сохранились, сглаживая остроты наших оскорблений.
— Я пойду спать. — Бруклин искренне зевнула и встала. — У меня завтра долгий день. — Она помедлила, а затем сказала. — Спасибо, что пригласил посмотреть шоу вместе с тобой. Это было... весело.