Он не был одержим спортивными автомобилями, как Ашер, но ради той, которая у него была, он выложился на все сто.
Не буду врать. Машина была сексуальная.
Я украдкой взглянула на телефон. Никаких новых сообщений – да я их и не ждала. И уж точно не ожидала сообщения от Винсента.
Чем он вообще занимался? Он был в душе, когда я уходила, но ведь был вечер пятницы. Знаменитые футболисты не сидели дома и не смотрели телевизор по пятницам. Он был либо с друзьями, либо... на свидании.
Наше пари не запрещало нам встречаться с другими людьми. Было бы странно продолжать его, если бы кто-то из нас вступил в эксклюзивные отношения, но неэксклюзивные интрижки? Правилами это не запрещено.
Кусок рыбы застрял у меня в горле. Я закашлялась и быстро допила остатки воды, но выпила слишком быстро и закашлялась ещё сильнее.
Отец нахмурился.
— Ты в порядке?
— Ага, — выдохнула я. Глаза наполнились слезами, но кашель в конце концов утих, и наш официант перестал крутиться рядом, словно боялся, что я задохнусь в его смену.
Всё было хорошо. Я была в порядке.
Мне было всё равно, где Винсент. Он мог делать всё, что хотел, и я тоже.
ГЛАВА 10
— Не могу поверить, что ты живёшь с дочерью тренера, — Адиль покачал головой. — Он убьёт тебя, если узнает.
— Вот почему он и не узнает. Верно? — Я пронзил полузащитника взглядом.
Он сглотнул.
— А, ну да.
Был пятничный вечер. Мы с Ашером, Адилем и Ноа сидели за угловым столиком в «Разъяренном кабане». Остальные члены команды разбрелись по всему пабу.
Я подумывал рассказать друзьям о пари, но мне показалось это неправильным. Как бы глупо это ни было, пари заключалось только между мной и Бруклин. Я не хотел впутывать в это других людей, и мне не хотелось, чтобы они говорили мне, какая это плохая идея.
Я уже знал, что это плохая идея. Сначала я считал её гениальной, но быстро понял, что всё, что приближало меня к Бруклин, – это игра с огнём. Её проделка с футболкой на днях была просто дьявольской.
Но мне все равно было легче сдерживать свое слабое влечение к ней в рамках пари, чем позволить ему выплеснуться на свободу, извиваясь и поворачивая на дороги, которые могли закончиться унижением, душевной болью или чем-то похуже.
Не то чтобы я думал, что всё зайдёт так далеко. Это была просто мера предосторожности.
— Ты должен спросить себя: почему ты рискуешь навлечь на себя гнев Босса, живя с ней? — задумчиво пробормотал Ашер. Я обычно называл тренера... ну, тренером, а Ашер всегда называл его Боссом. — Может быть, это потому, что ты в неё влюблён.
Мой взгляд переместился с лица Адиля на его лицо.
Он ухмыльнулся, и я в миллионный раз задался вопросом, почему моя сестра не может встречаться с кем-то менее придурковатым.
— Скарлетт сама предложила нам съехаться. Ты же там был.
— Да, я был там, когда ты практически подбивал ее позволить тебе переехать. Зачем ты это сделал, если не был в нее влюблен?
— Он прав, — сказал Адиль.
— Не вмешивайся. Тебя там даже не было, — я повернулся к Ноа. — Уилсон, поддержи меня.
— Нет, спасибо, — сказал он. — Думаю, они правы.
Я уставился на него.
— И ты тоже? — Наверное, так же чувствовал себя Цезарь, когда Брут ударил его ножом.
Он пожал плечами, и легкая улыбка тронула его губы, когда Ашер дал ему пять.
— Надо было оставить тебя хандрить дома одного, — проворчал я.
Казалось, Ноа был бы этим вполне доволен, но никто не выкручивал ему руки и не заставлял идти с нами. То есть, я, конечно, намекал, что это почти обязательный вечер сплочения команды, но я не приставлял пистолет к его виску.
Тем не менее, если бы его дочь не ночевала у друзей, его бы здесь не было, и я бы его не винил. Воспитывать десятилетнего ребёнка в одиночку было тяжело, поэтому я не воспринимал это как личное оскорбление, когда он отказывался от наших приглашений.
Однако я винил его в том, что он сговорился против меня с Ашером и Адилем. Он был последним человеком, от которого я ожидал предательства.
— Влюбиться в Бруклин – это нормально. Я тоже. Совсем чуть-чуть, — сказал Адиль. — Но мне жаль, что ей приходится жить с тобой.
— Что это должно значить? — спросил я оскорбленно.
— Это значит, что она – дымовое шоу, а ты – нет, — он пожал плечами, словно извиняясь. — Извини.
— Смотри, — прорычал я, перекрывая смех Ашера. Даже Ноа улыбался, высмеивая меня. Видите? Все они предатели. — Ты все еще ступаешь по тонкому льду, раз сдал меня тренеру.