Винсент всегда был великолепен, но недавние проблески его уязвимости тронули меня до глубины души. Мир обожал этого игрока, но мне ещё больше нравился его несовершенный человек.
Так, ТАК глупо.
— Хорошо. — Тепло его дыхания скользнуло по моей коже. — Вот так.
Блять. Всё моё тело напряглось, дрожь пробежала по затылку до самых пальцев ног. У меня не было склонности к похвалам, но его голос в сочетании с этими словами творил со мной нечто, чего не мог объяснить разум.
Я даже не знала, кто он такой.
— Теперь ты в идеальной форме. — Он отпустил мою руку и выпрямился.
Ах да. Именно над этим мы и работали, пока мои мозги катились в канаву.
К тому времени, как Винсент обошел стол, с другой стороны, чтобы встретиться со мной, я уже взяла под контроль свои разбушевавшиеся гормоны.
Я встала, и мое лицо приняло, как я надеялась, нейтральное выражение.
— А что, если сделать это повеселее? — Он вытащил свой кий со стены. Если наша недавняя близость и повлияла на него так же, как на меня, он этого не показывал. — Каждый раз, когда один из нас забивает шар, другой должен раскрыть секрет.
— Это кажется несправедливым. Я новичок. Я выдам все свои секреты, а ты будешь сидеть и записывать их в свою записную книжку для шантажа.
Его глаза сверкали от смеха.
— У меня нет книги по шантажу, но спасибо за идею. К тому же, ты разве не слышала о везении новичков? — Когда я отнеслась к этому скептически, он пожал плечами и спросил как-то слишком небрежно. — Или ты всё-таки немного веришь в себя?
Чёрт его побери. Он всегда знал, как меня достать.
Я этим не гордилась, но клюнула на наживку и, как и ожидалось, мне пришлось наблюдать, как он забивает первый мяч в этот вечер.
— Выкладывай, Лютик, — сказал Винсент, перекрывая мой стон. — В чём секрет номер один?
Я искала что-то незначительное, но достаточно значимое, чтобы удовлетворить его.
— Я впервые поцеловалась только в выпускном классе школы. Я была последней в компании друзей, кто поцеловал мальчика, и все прозвали меня Папой Иннокентием, потому что, ну, ты понимаешь.
Он уставился на меня. Прошла секунда, и вдруг – смех. Глубокий, звонкий смех, начинавшийся с хихиканья и постепенно переросший в хохот.
— Это не смешно, — возразила я, хотя сама чуть не рассмеялась. — Семнадцатилетняя я была травмирована! И поцелуй был не из приятных. Всё равно что целоваться со слюнявой жабой.
Он положил руки на стол и опустил подбородок, его плечи затряслись.
— Папа Иннокентий, — прохрипел он. — О, это хорошо.
Я старалась сохранять суровый вид, но смешок вырвался прежде, чем я успела его сдержать. За ним последовал ещё один, и ещё один, пока я не согнулась пополам, от смеха у меня заболел живот.
— Мне жаль, что твой первый поцелуй был таким ужасным, — сказал Винсент, когда мы наконец собрались. — Надеюсь, с тех пор у тебя были поцелуи получше.
— Не волнуйся. — Кайф от веселья не утихал, а голос звучал чуть срываясь. — Так и есть.
Наши взгляды встретились. У меня покалывала кожа, но это ощущение исчезло, когда он указал на мой кий.
— Твоя очередь.
Я стряхнула с себя кайф и наклонилась, приняв позу, которой он меня научил. Сосредоточься.
Но я не попала ни в первый, ни во второй, ни в третий раз. Винсент промахнулся один раз, но забил два других.
Меня охватило разочарование. Я не рассчитывала на победу, но должна была сделать хотя бы один бросок. Иначе моя гордость уже не восстановится.
Я осмотрела стол в поисках наилучшего удара и выбрала шар ближе к центру. Он был не так близко к лузе, как некоторые другие, но угол выглядел многообещающим.
Я ударила его выше центра и сразу поняла, что приложила недостаточно силы, но, по крайней мере, он двигался в правильном направлении.
Ну же. Я сжала кий так, что костяшки пальцев побелели. Шар медленно катился к угловой лузе. Хватит ли ему инерции, чтобы туда попасть, или он потеряет обороты по пути? Вперёд. Вперёд. Вперёд.
Он с тихим стуком упал в лузу.
— Боже мой! — Я зажала рот рукой. Я уставилась на стол, почти ожидая, что шар выскочит обратно с криком «Попалась!». Но этого не произошло. — Чёрт возьми, я это сделала! Я это сделала! Я забила шар!
Я подпрыгнула и тихонько взвизгнула. Мне было всё равно, что я выгляжу идиоткой. Я была слишком рада заработанному очку.
Ха! Получайте, боги бильярда.
Когда я наконец успокоилась настолько, чтобы получить свой приз, я взглянула через стол и увидела, что Винсент смотрит на меня с лёгкой улыбкой. Она исчезла, когда мой взгляд встретился с его взглядом.