- А сейчас есть?
- Сейчас есть, со мной.
- Значит, эти пьяные парни были совсем не пьяные.
- Конечно, пополоскали рот самогоном для запаха и все. Когда-то, когда мы были взводом и сидели у ночного костра под Вязьмой, мой командир рассказал один из приемов знакомства с девушками, который должен был помочь наладить первый контакт. Правда, он еще рассказал о загадочной женской душе, что если ты сильно побьешь плохишей, то женщина может их пожалеть, а защитника прогнать. Поэтому мы решили не бить хулиганов, а просто их отправить гулять.
- Вот вы затейники и командир ваш юморист.
- Кстати, все, что я тебе рассказывал - чистая правда. Все эти операции совершали бойцы взвода, а потом и батальона «Псы войны», как нас вначале стал называть командир, а потом и немцы в своих сводках. В некоторых операциях участвовал и я сам.
- Это ваши взорвали стратегический склад с боеприпасами?
- Похоже на наших, они должны были работать в этом районе.
- Как орал наш Думитреску, он разжаловал и отправил на фронт своего заместителя по режимной охране объектов. Взорвав склад, вы сорвали планируемый контрудар нашей армии. Хорошо, что вы от меня хотите?
- Дана, нам нужен выход на шифровальный отдел, нужно указать людей, которые там работают.
- Это сложно, даже у нас в особом отделе нет доступа к их личным делам, но в лицо я видела, кто заходит туда, я неплохо рисую, могу сделать эскизы их лиц.
- Давай обговорим секретные знаки, которыми ты будешь пользоваться, означающие, что все в порядке, нужна встреча, есть проблемы, срочно нужна помощь. Что еще, мы поможем тебе деньгами для твоих родителей, только сразу нельзя будет ими пользоваться в полном объеме, чтобы не вызвать подозрения.
- Ты даже заботишься о своих агентах.
- Дана, не балуйся, ты теперь в команде, в нашей команде!
- А если я завтра донесу?
- Значит, мы погибнем.
- Хорошо, а сейчас я должна побыть одна, до завтра Миша.
- Командир, ты человек высокой душевной организации, наверняка, даже думал о нас, замерзших во дворе, как цуцики, когда кувыркался со своей домнишоарой. Слово такое, хрен выговоришь. Скажи честно, ты его с первого раза выговорил? Согласилась работать на нас?
- Нет, раз двадцать пришлось повторить, чтобы стало получаться легко и элегантно. Согласилась, но сейчас хочет побыть в одиночестве. Что там со шпиком?
- А ничего, шел за вами, правда, не знаю зачем, но мы узнаем скоро. Его Городов отоварил по голове, так что тот пока жив. Как любит шутить командир - «он сразу сильно устал и лег полежать» после удара Городова по затылку.
- Молодцы, хоть выясним, чего он в Дане нашел, что стал следить.
Допрос был короткий. Румын смотрел, как Городов раскладывает бинты, достает ножик, кусачки, шило и решил не испытывать судьбу.
«Господа, - заговорил он по-немецки, - я не буду терпеть пытки, нет никакого желания. Что бы вы хотели у меня узнать и покончим с этим».
«Вот и правильно, нам тоже не доставляет удовольствия мучить людей, - сказал Самсонов, - итак, зачем следили за Даной?»
«Все-таки легла под Михеля Рабе. Вначале я подумал, что она снюхалась с немцами, и продает секреты нашей армии, ей всегда не хватало денег. Потом я пригляделся к вам и сделал вывод по вашему поведению и акценту нескольких ваших коллег, что вы не немцы из Германии. Скорее из Курляндии – нет в вас той немецкой заносчивости, значит, хиви, второсортные немцы. Вот, пожалуй, и все, поэтому решил проследить и может подслушать через стекло ваши разговоры»
- Второй вопрос - фамилии шифровальщиков в вашей армии, как выглядят.
- О, значит, все же русские, я оказался прав в своих далеких предположениях. Эх, как бы карьера бы пошла в гору, если бы я вас раскусил сразу. И, правда, чего это немцы приперлись на отдых в это захолустье. Я понимаю, если бы это был Бухарест или Одесса, где есть, чем заняться отпускникам, но тут! Личных дел у нас нет, но я знаю 10 человек, которые могут зайти в эту часть здания. Выглядят примерно так.
Записав данные румыном описания шифровальщиков, чтобы сравнить их с портретами Ионеску, Миша спросил о последнем желании.
- У меня в доме припрятаны деньги, которые я украл в неразберихе наступления, в тайнике 40 тысяч рейхсмарок. Возьмите половину, а половину отправьте моей семье в Тимишоару по такому-то адресу. Я знаю, что жизнь мне не оставите, не доверяете, но прошу вас отправить деньги.
- Да, ты прав, мы бы могли предложить до 50 000 за сотрудничество с нами, но ты слишком непредсказуем, так что отправим все твои деньги семье. Что еще можешь сообщить?
- А Дана хорошая девочка, умная, наблюдательная, но красивая - это вредно при ее работе.