- Молодцы, красиво выгнали его на меня.
«Я не ошибся в тебе – ты стоял именно там, где должен был быть, а не суетился, как эти красноармейцы. Услышав твои выстрелы, понял, где ты находишься и просто отгонял его на тебя, командир. Очень хотелось его живым взять, а то бы давно подстрелил. И Сергей, поняв мою задумку, погнал дальше к тебе», - радостно скалясь, сказал Бурят.
«Вот ты, стратег, а ты уверен, что их трое, а не больше? - поинтересовался Сергей, - хотел сам его взять, да далековато он от меня был, мог заметить».
- Трое их, у них ботинки немецкие, не наши, с рисунком другим.
Собрав со спин погибших немцев вещмешки, в которых были деньги, решили их вернуть вместе с машиной с продовольствием в 337-й полк, а также перенесли, уложив на поляне, 15 погибших солдат, собрав их документы, оружие и личные вещи. Немцы были одеты в форму красноармейцев, теплые штаны, офицерские полушубки и сверху белый маскхалат, но в немецких зимних, очень удобных высоких ботинках
Забрав их личные вещи и оружие, мы сидели и отдыхали, собираясь выяснить у пленного, кто они такие.
«Смотри, очнулся фриц», - заметил Ледков.
«Имя, подразделение и должность, цель заброски за линию фронта», - спросил я по-немецки.
«Я говорю по-русски, - ответил мне немец, - зовут меня Гюнтер фон Браун, я из прибалтийских немцев, обедневший барон, так сказать. В вермахте служу в третьем батальоне Ost-Hilfswillige или по-вашему «Хиви» - восточный добровольный помощник, то есть наемник, в чине обер-лейтенанта. Мы сейчас являемся вспомогательными частями, к фронту сопровождаем обозы, похоронные команды, мародерим, как все наемники, бывает, что участвуем в облавах на партизан. Сюда мы прибыли втроем на заработки, решили не заниматься обиранием трупов, а взять куш покрупней. Если бы не вы втроем, я так понимаю, что вы моих друзей положили, то мы взяли бы три вещмешка советских денег».
- А зачем вам советские деньги?
- Были бы деньги, а что на них купить нашли бы. Все мы из егерей, латышские стрелки, только не те, кто Ленину вашему помогал, а на службе латышской армии. Да и вообще, меня не интересует политика, фашизм, коммунизм – все это болтовня, миром правят деньги. Есть деньги – ты уважаемые человек и вкусно кушаешь. Нет денег - иди работай за гроши. Вот и мне нужны деньги, хочу дать своим родным возможность подняться снова и самому выйти в люди. Осесть где-нибудь в Австрии или Швейцарии и жить, как все: семья, дети - все как положено. И ваших не хотел убивать, как говорится, «ничего личного, только дело».
- А зачем застрелили в легковушке? Отобрали бы деньги и ушли бы.
- Ну, капитан, сам понимаешь, они б тревогу подняли бы, тут просто вопрос выживания стоял. Не приехали бы эти красноармейцы так рано, и они бы живы бы остались до какой-нибудь атаки.
- В общем, работать не хочешь, а в рай на чужом …горбу въехать хочешь.
- Аль Капоне, это гангстер из США, говорил, что «Добрым словом и револьвером можно добиться большего, чем одним только добрым словом», поэтому приходится применять оружие.
- Гюнтер, Аль Капоне также говорил: «Можно ли простить врага? Бог простит! А наша задача организовать их встречу», а ты нам враг, а «Пуля очень многое меняет в голове, даже если попадает в задницу».
- Тогда позволю процитировать еще его высказывания, уж очень они в тему, герр капитан: «Тюрьма выгодно отличается от могилы тем, что ее двери когда-нибудь откроются», а я так понимаю, что тюрьма мне не светит, поэтому осталось лишь уповать на то, что «Ад, должно быть, клевое место, раз малые, что придумали религию, так хотели, чтобы туда, кроме них, никто не попал». Я готов принять свою судьбу, расстреляете меня сразу или отвезете в НКВД?
«Ты грамотный солдат и жизненные цели у тебя понятные, как ты смотришь на то, чтобы стать нашим агентом в тылу врага, платным агентом?» - спросил я немца.
«То есть вы меня отпускаете, несмотря на уничтоженных мной ваших товарищей? – задумчиво спросил он. - А сколько вы будете платить мне, и что я смогу вам передавать? Если секретные данные из комендатуры или штабов, то у меня туда нет доступа».
- А вот это мы с тобой и определим, сейчас мы едем к нам в штаб, где мы заключим с тобой письменное добровольное сотрудничество, для некой нашей страховки. А дальше определим, как мы будем тебя оплачивать, и что ты реально сможешь передавать.
«Командир, ты точно решил его использовать, может, шлепнем для надежности, он опасен», – спросил у меня Ледков.
«Он бизнесмен, а такие люди будут выполнять условия, пока ему это выгодно, а мы постараемся, чтобы ему было выгодно работать с нами, ну и у нас появится свой агент в тылу врага. Доверять ему нельзя, он враг, но вот пользовать его надо, как говорится «кто платит, тот девушку и танцует». Так и у нас, пока мы платим, он будет сотрудничать с нами.