«Прием, как слышно меня, - говорил наш радист, - есть контакт с егерями, уходим к вам на соединение, позади нас в 10 километрах Мончалово.
В это самое время по дороге катили десяток грузовиков.
«Отставить нападение, всем затаиться, пропускаем их, - скомандовал Ледков, - ощущение, что это егеря едут, с той стороны нас загонять будут.
Вдалеке раздался взрыв.
«Лосев подорвал железнодорожные пути, будет к нам отходить, надо встречать», - сказал вслух Ледков.
Вскоре раздалась стрельба. Весь взвод залег вдоль шоссе в лесу, а по половине отделения было отправлено на края, контролировать фланги.
Стрельба приближалась, на шоссе появились фигурки разведчиков, добегающих до деревьев или земляных ложбинок-укрытий и прикрывающих стрельбой отступление оставшихся бойцов.
Ледков криком предупредил крайних разведчиков о том, что их прикрывать теперь будут ледковцы. Лосевцы дружно рванули через дорогу под прикрытием бойцов Ледкова.
Немцы устремились вслед убегающим красноармейцам и…нарвались на дружный залп автоматов и карабинов ледковской группы, потеряв порядка тридцати солдат, выскочивших из леса.
- Лед, я со своими бойцами обойду их с флангов!
- Лось, тут проехало десяток грузовиков. Опасаюсь, что в них еще солдаты по нашу душу, в клещи брать будут, поэтому все отступаем вглубь леса, будем отходить на юг к Можайску.
Бойцы отползали по зимнему лесу, прячась за деревьями, пока часть оставалась в заслоне, занимая позиции и давая отступить остальным. Надо было разорвать дистанцию. Слева началась перестрелка. Немецкая группа попыталась обойти роту, и наткнулась на фланговый заслон. Прячась за деревьями, немцы подбирались вплотную, так что доходило дело до рукопашной. Резались молча и ожесточенно, подбираясь друг к другу между деревьями, выстреливая магазины, закидывая гранатами, и когда все это заканчивалось, шли в ножевой бой.
Фланговая группа была порядка двадцати егерей, и поэтому она явно проигрывала в количественном плане, но дрались упорно все. Часть роты Ледкова сдерживала беспокоящим огнем наступающих по фронту егерей, а часть уничтожала окружающих их фрицев.
Уничтожив очередную часть преследователей, разведчики отходили, неся на руках раненых. Догнавших их егерей было порядка сотни, поэтому силы стали примерно равны. Да еще у дороги из засады уполовинили хорошо вражескую роту. Так что немцы не рыпались больше, а прячась за деревьями, пытались не дать оторваться разведчикам. Но наши все равно уходили. Заслон остался прикрывать отход остальных. В заслоне остались все раненые.
- Командир, и сами погибнем и вас за собой потянем, не оторветесь с нами. Живите парни и за нас до Победы и после нее. Прощайте, товарищи!
У многих суровых, видавших смерть парней по щекам стекали слезы, когда прощались с товарищами.
- Прощайте, друзья, спасибо Вам! Вы только в плен не сдавайтесь, лучше подрывайте себя, чтобы не пытали.
Рота отрывалась, а оставшиеся бойцы приняли свой последний бой. У всех были разложены лимонки перед собой, чтобы не искать их в последний момент в разгрузке или карманах. Сдерживая стрельбой врагов, они держались столько, сколько могли. Их окружили и расстреляли в спины, с флангов в туловища или голову. Прогремела и пара взрывов гранат - раненые бойцы не сдавались, унеся с собой в могилу еще тройку фрицев.
«Donnerwetter! Чёрт побери! — по-немецки и по-русски ругался майор, - еще пара таких боев и у меня не останется батальона. На этот русский взвод в тридцать человек мы потеряли 80 бойцов, убитыми и ранеными.
- Если бы мы сразу преследовали их батальоном, а не следовали глубокому плану кабинетных стратегов по разделению батальона и нападению частями, мы бы взяли б их всех и с меньшими потерями.
- Идите к черту, гауптман, со своими советами, без вас тошно. Одно радует, группу мы настигли и есть, что предъявить начальству. Мы хорошо работали, капитан, только их было не рота, а, точно вам говорю, порядка трехсот человек. По огневому сопротивлению я насчитал не меньше!
- Полностью с вами согласен, господин майор, я также оцениваю количество русских диверсантов не меньше трехсот стволов.
Командир 101-го егерского батальона и его заместитель понимающе улыбнулись друг другу, отчет об операции должен быть разумно героическим.
Разведчики шли с тяжелым сердцем. Потери роты составили практически половину ее состава.
«Надо будет помочь семьям погибших, я обращусь к командиру», - проговорил Лосев.
- Он сам все знает, в этом плане наш командир парень то, что надо. Как будто он не нашего возраста, а намного старше нас всех.