Гул одобрения был ему ответом.
Дивизии, принятые в состав армии, были измотаны в боях, нуждались в пополнении, вооружении и боеприпасах. Поставленная фронтом задача не соответствовала оставшимся силам и средствам. Но, несмотря на это в ходе кровопролитных боев армия смогла к 29 января овладеть этой узловой станцией. 31 января 1942 года было проведено новое совещание. Малинин подготовил и направил в штаб фронта очередное боевое донесение, в котором говорилось о том, что состояние погоды — непрекращающаяся пурга, которая замела все дороги. Подвоз всех видов материального обеспечения для войск прекратился. Тылы и артиллерия передвигаться не могут, поэтому он вышел с предложением перейти к позиционной обороне.
Приказ командования был однозначен – вперед!
В тяжелейших условиях бездорожья и глубокого снежного покрова войска Рокоссовского всё же успешно выполняли поставленные задачи, нанося удары последовательно, то по одному, то по другому узлу обороны противника. На широкие наступательные операции не хватало сил. Но постепенно войска армии локально вгрызались в оборону противника, расшатывая её, то на одном, то на другом участке, тем самым отодвигая фронт от Москвы.
В последние две недели января батальон зализывал раны после январских операций. Набрав сувениров, я с Конышевым с шоферами на двух крытых грузовиках направились в Москву, проехаться по военкоматам для пополнения штата батальона, потому что через кадры армии это было нереально - у них у самих были большие потери и проблемы с укомплектованием. По пути собирались заехать в школу, передать письма с фотографиями ребят своим родным и учителям, в госпиталь и в родное Первое Разведуправление.
Приехав в военкомат, снова увидели нашего знакомого капитана. Поприветствовав друг друга, я вручил ему шкатулку с «Вальтером» и немецким ножом, так сказать подарок к новому 1942 году от батальона.
- Спасибо, мужики, приятно, что не забыли! Понимаю, снова за пополнением? Сильно вас треплет-то враг?
- У нас хорошо поставлено обучение и опытные наставники идут вместе с молодежью на операции, поэтому потери терпимые, но все равно, за линией фронта наши боевые группы теряют бойцов. Вот и сейчас, почти роту потеряли из трех. В последнее время нам стали противостоять егерские и эсесовские разведбатальоны, а там парни серьезные, так что и мы их убиваем, и они нас. Хотелось бы покрепче ребят набрать, все ж в тыл врага ходим, один на один часто приходится в схватки вступать. Слабые не потянут, а пока их подготовят до нужных кондиций, они погибнут.
- Задал ты мне задачку, Кольцов, надо подумать, чем смогу помочь. Ты когда из Москвы домой?
До вечера тут думаем пробыть, а в ночь домой в батальон двинемся.
- Заскочи ко мне после обеда, пообщаюсь с другими военкоматами, может, что и наберем. Сейчас у нас тоже затишье. Молодых москвичей разобрали, а новые еще не подошли. Говоришь, спортсменов тебе лучше, может быть, женскую команду Москвы по шахматам тебе распределить?
Мы все в голос засмеялись.
- Женщины в батальоне - это его верная смерть. Начнется любовь, а влюбленный или обиженный разведчик - это находка для врага. Поэтому стараюсь даже радисток и поварих не брать. Только стойкие железные парни служат в нашем батальоне.
Потом мы заехали в школу. Я передал общую фотографию ребят, один из которых, тот самый Иван Орехов - сын директора школы, уже стоял с медалью «За боевые заслуги» и письма ребят, которые учителя или товарищи разнесут по родным. Коротко и в общих чертах рассказал о службе ребят в батальоне, как они живут и тренируются.
Заехали в Разведуправление, повидал Митина и передал ему новогодние сувениры - пару футляров с оружием. На груди у него увидел новенький орден «Красного знамени», с чем и поздравил его.
Нужно отметить, что статуты орденов и медалей в системе награждений СССР часто менялись. Та же "Красная Звезда" в 1941-42 в войсках считалась большой наградой, но чуть ниже, чем орден «Красного Знамени», и награждались им, соответственно, за реальные подвиги или успешные операции. В 1942 появились ордена «Отечественной войны» и «Богдана Хмельницкого», а в 1943 «Ордена Славы», не говоря уж о целой когорте "полководческих" орденов для награждения командующих. В итоге, с 1945 года "Красную Звезду" вообще понизили до "юбилейной" награды, начав давать его за 15 лет выслуги в частях ВС СССР. Вот и получилось, что «Красная Звезда» в 1941-1942 – это действительно подвиг, а в 1945 году ей командиры полков награждали своих ординарцев и любовниц. То же самое произошло с «Орденом Отечественной войны» II степени. Если в 1943-45гг для его получения был необходим подвиг, то после войны его обесценили, начав вручать всем ветеранам "за ранение", а в 1985 наградили всех ветеранов поголовно.