После награждения народ оккупировал уборные, перед зеркалами прикрепляя ордена на грудь. После того, как мы помогли друг другу надеть ордена, я бесцельно бродил по залу. Журналисты брали интервью у генералитета, а мы, обычные офицеры, были предоставлены самому себе. Лично я рассматривал архитектурные изыски, определяя к какому направлению архитектурного декорирования относится убранство этого зала.
- Изучаете архитектуру?
Я обернулся и увидел Кирову с ее помощницей.
- Да вот, стало интересно, барокко это или уже рококо.
- Считается, что зал отделан в стиле барокко, а вы увлекаетесь архитектурой?
- Никак нет, Ольга Леонидовна, об архитектуре я имею лишь общие познания человека, пришедшего на экскурсию, поэтому вполне путаюсь в ампире, раннем и позднем классицизме, а вот экскурсию в Третьяковке или Эрмитаже по художникам и их произведениям вполне могу провести для обычных, не профессиональных искусствоведов, экскурсантов.
- Какие образованные командиры имеются в армии, к сожалению, это нечастое явление, тем более в вашем звании среднего командира. Многих, кроме оружия и Устава, ничего другое не интересует, кроме вечных мужских разговоров. Вы один из немногих, кому товарищ Сталин пожал руку, вы знакомы?
- Первый раз встретились, но возможно, это знак свыше!
«Если это знак свыше, то тогда будем ждать его проявления», - засмеялась Кирова.
Тут ей что-то сказал на ухо Валерия.
- Хотела вот что у вас спросить: «Одинокая ветка сирени» - это не ваша песня, говорят, что её исполнил капитан Кольцов с Западного фронта.
Мне стало неудобно, автор, что ее написал, еще не родился, а, возможно, и его родители тоже не родились.
- В общем, я ее первый исполнитель получился, раз ее до меня никто не пел, а написал ее другой человек, но я не знаю, где он и что с ним.
- Просто мы хотели оформить авторские права на нее, а не знаем на кого, чтобы запускать в эфир.
- Оформите на Валерия Залкина.
- Это несерьезно, мы потратим уйму времени, поиски могут закончиться ничем, а песня должна жить. Давайте оформим соавторство, а вы уж сами определитесь, как вы поделите гонорар.
Хорошо, все детали пропишем в договоре.
- Значит, договорились, завтра вы заезжаете к нам на Госрадио и мы устроим прослушивание, как она звучит в оригинале, и там все оформим.
Мы сидели и слушали концерт. Ребята, впервые попавшие на такое мероприятие, были в восторге. В концерте участвовали артисты разных жанров: были и песни, танцы, разговорный жанр: нам читали стихи революционных поэтов и даже выступил со своим номером по угадыванию желаний Вольф Мессинг.
Посмотрев выступление Мессинга, я вышел в коридор, сам не поняв зачем, побродил по холлу, где стояли обеспечивающие порядок офицеры охраны Кремля, и совершенно случайно в коридоре столкнулся с Мессингом.
- Здравствуйте, Вольф Григорьевич, вот уж кого не ожидал так вот близко увидеть, так это вас.
- Здравствуйте, Александр Павлович, я вижу, что вы подозреваете меня в том, что вы вышли в коридор, согласитесь?
- Вы правы, Вольф Григорьевич. Я так и не понял, зачем я вышел, но понял то, что это я сделал не просто так.
- Давайте на ты, тем более, что я чувствую - вы гораздо старше своих лет, и, возможно, старше меня.
- Давайте! Да, я старше вас почти на 9 лет.
- Понимаешь, Александр, перед выступлением я осматриваю зал, выискивая, скажем так, «якоря», то есть людей, которые слишком заинтересованы, которые готовы идти на контакт и тех, кто явно агрессивно настроен. Все это надо для моей работы. А тут я встречаю не совсем обычную ауру и мысли человека, как будто из другого мира, смотрящего на меня, как на легенду из прошлого. Вот мне и захотелось увидеть этого человека, для чего я попросил его выйти. Правда, вы долго сопротивлялись. Но, похоже, у вас тоже появился какой-то интерес на мое ментальное давление, и в какой-то момент вместо сопротивления я почувствовал согласие.
- Я буду очень рад, если мы с вами, с тобой, Вольф, познакомимся поближе. Нам есть, что сказать друг другу. Только здесь место, не совсем удобное, слишком много посторонних.
- Да, можно завтра, сейчас я свободен от выездных концертов и пока нахожусь в Москве, так что давайте завтра после обеда.
- Я завтра пробуюсь на Госрадио с утра и …до тех пор, пока не отпустят, а после этого давайте встретимся. А в ночь я должен уехать в Волоколамск.
Попрощавшись, я вернулся в зал, а Мессинг собрался и уехал домой.
После завершения концерта у генералитета был свой банкет, а офицеры попроще закатились обмывать ордена и звания в ресторан «Астория». Несмотря на тяжелое время в стране он был достаточно полным даже в столь ранний час, было около 16 часов дня. Откушивали поздний обед или ранний ужин, как офицеры, большинство было из интендантов, так и гражданские с дамами и без. Но сотрудникам ресторана удалось без особых сложностей разместить и нашу сотню офицеров. Гуляли достаточно шумно, радостно, приглашали дам на танцы, но хамства не позволяли, ни к дамам, ни к их спутникам. Боевые офицеры, испытавшие все трудности «окопной жизни», просто расслаблялись в спокойной, мирной обстановке, не опасаясь бомбежки или артобстрела.