- Я внедрялся в местное общество, так сказать, остался в засаде.
- Ну и как, засадил?
«Надо ж, этот анекдот был еще в годы войны», - посмеялся я над ситуацией.
Девушки работали и поехать в поездку по городам не могли, поэтому на следующий день я сам отправился в Гулистан на попутке. По рекомендации профессора я нашел в Гулистане экскурсовода Елену. Ей оказалась очень симпатичная кореянка Елена, а как ее зовут по-корейски, она не стала представляться. Гуляя по исторической части города, она рассказывала мне историю Средней Азии.
- А вы знаете, что в городе Гулистане жил герой среднеазиатского эпоса великий Ходжа Насреддин?
«А еще они с багдадским вором обвели вокруг пальца местного визиря и бека», - продолжил я ее мысль.
- Точно, я хотела вам и об этом рассказать, а вы все знаете.
- Ну не все, но немного слышал об этом борце с несправедливостью.
После экскурсии мы зашли в местную чайхану. Заодно была возможность сравнить местные кулинарные изыски.
- Лен, в своем отпуске я бы хотел посмотреть Бухару, Самарканд, Хивы, как это можно сделать. Можно ли где арендовать автомобиль. Если у тебя есть возможность самой или с кем-то из своих родных, которым ты хотела бы показать эти города, проехаться, как экскурсовод, а я оплачу расходы.
В итоге, оформив все как командировку и взяв свою младшую сестру и двоих детишек и мужа младшей сестры водителем, который работал на машине, полном аналоге «Антилопы гну» из «Золотого теленка», мы совершили недельный пробег Гулистан - Самарканд – Бухара – Гулистан - Ташкент. Потратился я очень прилично, но не жалел – столько увидел из того, что я не смог повидать в прошлом, Лена показала своим детям и сестре эти великие в прошлом города. За время путешествия я здорово подружились с этой семьей. В общем, все были довольны, я сделал много фоток себя и их семейства, запечатлев нас на фоне истории Востока, напечатав и отдав им их фотографии.
Правда, был один неприятный случай, уже при нашем возвращении. Мы возвращались после прогулки по историческому центру в гостиницу, когда нам заступили дорогу четверо парней.
«Товарищи гуляющие, прошу добровольно пожертвовать нам свои ценности и деньги, особо обращаю ваше внимание на слово добровольно», - обратился к нам старший, достаточно крепкий парень – поволжец, судя по своеобразному верхневолжскому говору. Один из них довольно уверенно крутил пальцами нож.
«Вот только гопников нам не хватало. Парни, у меня встречное предложение. Сейчас вы, убогие, складываете на землю свой боевой арсенал, и мы красиво расходимся, а иначе, вы освободите ГОП от всякой заботы о себе», - сказал я, вытащив из подплечной кобуры небольшой «Люгер» с длинным глушителем.
Отверстие в глушителе завораживало, и заставляло думать конструктивнее, потому что было направлено тебе в лоб.
«А почему ГОП о нас перестанет заботиться?» - спросил паренек, стоящий позади старшего.
- Потому что, молодой человек, Городское общество призрения, то есть общество заботы о нищих и убогих, о мертвых не заботится. И вообще, вы здоровые парни, а вместо того, чтобы на фронте медали за героизм получать, да зарплату родным отсылать, поддерживая их, в тылу грабежами занимаетесь, не стыдно?
- Ладно, дядя, покеда, повезло тебе сегодня.
- Куда пошли: ножи, заточки, дубинки - все на землю или прострелю животы - сдохнете хуже, чем собаки, да еще и помучаетесь. Хотя, грех вас, ушлепков, с этими преданными животными сравнивать.
Парни выбросили на землю арматурины, четыре ножа и один нож «кукри».
- Эпическая сила, где вы такой кинжал раздобыли?
- Да, как-то было дело, у музейщиков сперли.
- Ладно, парни, а сейчас колонной по двое топайте вперед: шаг влево, шаг вправо буду стрелять по ногам, мне с вами возиться некогда.
- Куда идем-то?
- Или в милицию, или в военкомат. В милиции зеков, а в армии «псов войны» из вас делать будут, а не позорных гопников.
- Кого делать?
Я в двух словах рассказал, кто такие «псы войны».
«А к вам в батальон можно?» - спросил любопытный паренек, по внешнему виду деревня – деревней, на побегушках, скорее всего, у старшего.
«Можно, отчего ж нельзя, вот записываться будете, там и укажем, куда хотели бы вы попасть, ну а куда распределят, это уж, как масть ляжет», - ответил я.
«Андрей, - обратился к нашему водителю, - собери арсенал, а «кукри» я с собой возьму - боевой нож, видать его владелец – непальский, может афганский воин, когда-то погиб, а философию этого оружия я, вроде, как выполнил - взял его в бою».
Дойдя до военкомата, я, как и обещал, назвал сотруднику военкомата номер части, куда этих призывников желательно направить, там из них точно сделают солдат.