Староста согласно кивнул, дополнений ни у кого не было. Человек десять стали подниматься на холм, остальная группа двинулась дальше.
Озираясь, мы находили просветы между деревьями и смотрели на знаки товарищей, показываемые с холма. Пока видели лишь поднятые перекрещенные руки - никого не видно. После часа ходьбы новая группа замахала нам со следующего холма, показывая, где видят врага, после чего один бросился за нами. Мы дождались полковника. Подбежав, он перевел дыхание и стал рисовать план участка на земле: «Вот здесь мы, вот сюда они повернули, мы насчитали семерых всадников». Почуяв дичь, мы поперли через холм, срезая дорогу.
На вершине сделали небольшой привал - все устали.
«Александр, прости старика, не могу больше в таком темпе, выдохся совершенно, - тяжело дыша, проговорил полковник, - передохну и пойду за вами, а пока хоть осмотрюсь, все польза может от меня будет. Вчетвером из десяти поднявшихся на последний холм, мы двинулись дальше. Под горку спускаться тоже не подарок, надо не разбежаться с нее так, чтобы случайно не улететь в какой-нибудь обрыв или расщелину. Но, мы шли. Стало сильно хотеться пить да и поесть тоже не мешало бы.
«Все, теперь без фляги с водой никуда не хожу и не езжу», – тяжело дыша, засохшими губами пошутил майор.
Мы вышли на дорогу, двое полезли на холм, а мы с майором рванули между холмов по вьющейся между камнями дороге.
Обходя холм, я увидел, как мне сверху машет наш товарищ, пытаясь привлечь внимание, показывая на другую сторону холма, а второй машет далекой первой группе, что нашли банду.
Вдвоем, обогнув холм, мы увидели небольшую долину, на которой вдалеке, километрах в двух, паслись семь лошадей.
«Догнали», - улыбнулся майор.
- Догнали! Теперь подберемся поближе и будем брать, кого сможем, а кого не сможем, перестреляем.
Теперь нужно было подобраться незамеченным, иначе с пистолетами против винтовок мы ничего бы не сделали на таком расстоянии, нас бы просто перестреляли бы, как фигурки в тире. К нам спустились с холма двое наших товарищей, майор и подполковник.
- Что делать будем?
- Да хрен его знает, трава низкая еще, есть кустарники и небольшие деревца, есть булыжники, за которыми можно спрятаться, в принципе, будем пробовать подобраться. Было бы время, попытались бы вдвоем обойти и с двух сторон взять их, но непонятно, сколько они отдыхать будут. В общем, парни, я иду первым, за мной майор Андрей Чернов, а дальше вы. Подберемся поближе, расползаемся веером для охвата стоянки и по моему выстрелу начинаем валить напротив себя все, что шевелится.
За полчаса мы одолели эти два километра, перебегая от глыбы к глыбе, от деревца к деревцу. Крайний занял позицию метров в сорока. А мы втроем, ползя по земле, прячась за кочками, кустарником или камушками медленно расползались по фронту, выйдя на расстояние стрельбы до бандитов примерно в 30 метров. Всхрапывали лошади, но особого беспокойства не выказывали, бандиты еле что-то поджаренное на костре.
- Слушай, Сань, а может это не бандиты, а пастухи?
- Пойди спроси, если не доверяешь. Ружья видишь, вещмешки видишь, и главное, бахвалятся, кто чего купит на деньги.
- Ты что их язык знаешь?
- Плохо еще знаю, но их богатую восхвалениями самих себя речь и слово «олтын», то есть золото, понять могу.
Ружья были с ними рядом, поэтому проверять их реакцию, выходя к ним, я не стал, а прицелившись, незатейливо стал палить. Ко мне присоединились еще три ствола. Один из бандитов, резко откатившись, схватил винтовку и зигзагом побежал к лошадям. Я высадил в него 5 пуль и ни разу не попал. Вспомнив одну шутку о меткости армейцев, я громко засмеялся. Он закрылся от нас крупами коней, пытаясь расстреножить их.