После я попутках добрался в штаб армии и предстал перед новым командующим армией генерал-лейтенантом Баграмяном Иваном Христофоровичем.
- Товарищ генерал-лейтенант, подполковник Кольцов, прибыл после успешного окончания Высшей Академии Генштаба, готов продолжить службу в батальоне.
Он поспрашивал меня об учебе, о преподавателях и пожелал успешной службы.
Дыню я занес девушкам в бухгалтерию, пригласив к ним на дегустацию и кадровичек. После чего меня встретили Недогаров, Ледков и Клепченко, прибывшие за мной на нашем трудовом «Хорьхе», на котором к вечеру добрались в Волоколамск. Под рюмочку узбекского коньяка ребята подробнее обрисовали ситуацию вокруг батальона и на фронтах, а я рассказывал о своей учебе.
Что дала мне академия? Не сказать, что я стал великим стратегом и тактиком, но я получил имеющиеся обобщенные знания об организации армейского хозяйства, о тактике и стратегии больших соединений, то есть получил знания, позволившие мне самому мыслить более масштабно, стратегически. В общем, я был доволен тем, что удалось отучиться и закончить Академию.
Глава 12. Снова на фронте. Эх, Катюша!
Снова начались военные будни. По наводкам фон Брауна парни еще два раза совершали налеты на машины с деньгами для немецких военнослужащих, причем оба раза взяли автомашины в дороге, попутно расстреляв несколько конвойных единиц автотехники. Также был завербован за 200 рейхсмарок в месяц ефрейтор писарь Гельмут Ранн в комендатуре, который копировал теперь бумаги с более-менее ценной информацией, которую радист передавал нам на базу. Менять ребят летом стали раз в две недели, потому что стало тяжелее переходить линию фронта. Батальон, в котором служил фон Браун чаще стали использовать в карательных операциях, о которых он сообщал нам, а мы уже предупреждали партизан. Радисты на стационарных пеленгаторах с базы, а наша спецмашина непосредственно на местности, работали по выявлению и локализации вражеских радиоточек. Силовую поддержку мероприятиям радиопоиска также осуществляли бойцы роты Сани Лаврикова. За весенне-летний период было выявлено больше 50 работающих немецких передатчиков в нашем тылу и поймано 15 вражеских радистов, либо одних, либо с группами прикрытия из двух-трех человек. РЭБовцы тоже не спали, проверяя командные пункты и штабы соединений, входящих в армию. И в двух полковых штабах сумели засечь, а потом с помощью наших силовиков 1-й роты и особистов, выйти на вражеских агентов. Это были завербованные немцами советские люди из обслуживающих штабы подразделений.
За организацию удачно проведенных диверсионных операций, мероприятий по выявлению и поимке шпионов, радиопротиводействию и личным героическими действиями были награждены учрежденными в 1942 году орденом «Кутузова» III степени штабное руководство и командиры ряда подразделений батальона - Недогаров, Чайкин, Клепченко, Птицын, Микулов, Киричевы, Лавриков, Размазнов. Саперы Шаламов и Гаджоев, врач Тяпов получил «Красное знамя».
Под его руководством батальонные врачи успешно боролись за жизни людей. Явно стала видна специализация нашего медвзвода - лечение гнойных ран и кишечных инфекций. В жару бойцы пили некипяченую воду, где придется и как получится, ели грязными руками - только что переносили трупы и, тут же лопают немытые овощи или яблоки, которые росли дичками или в садах селян. Поэтому резко скакнуло количество кишечных заболеваний. Боролись врачи с этой напастью синим йодом и другими средствами народной медицины - отварами трав. Для таких больных был сооружен отдельный сарай, оборудованный под инфекционный лазарет.
Механики и оружейники поставили на поток ремонт и приведение в боевую готовность собранное наше или трофейное оружие и автотранспорт. Автотранспорт разлетался по армейским подразделениям, а в батальон, а точнее, механикам и, частично, в общую кассу шли премиальные деньги. При Недогарове стал не батальон, а какое-то преуспевающее «ООО».
Конышев исправно вел работу по своему кадровому направлению, успешно занимаясь вопросами пополнения батальона новыми кадрами, направляя все наградные документы на медали, полученные солдатами батальона, в штаб армии, и используя налаженные контакты в кадрах армии, контролируя их передачу в Москву на утверждение Верховным Советом СССР. Все должно было быть оформлено, как надо и, чтобы у бойцов в будущем не возникало проблем с обоснованием получения медалей. Клепченко, Птицын, Филиппов. Китов – все выполняли свои обязанности, организуя на должном уровне работу в подразделениях.