– Да как их усыпишь? – процедил я.
– Вот так, – немного удивившись, ответил Гайоген, и сделал жест двумя руками в сторону часовых, будто мяч к ним толкнул. Все пятеро неприятелей кулём осыпались на землю. Я посмотрел дико на лепра, но лишь руками развёл, и я шепнул быстро командиру ОМОНа:
– Вперёд!
Бойцы слаженно побежали, на удалении друг от друга, чтобы не дай боги щитами не грякнуть друг о друга. Десять секунд, и мы на месте. Лепр с полсотней омоновцев стал возле одного пакгауза, я с таким же количеством возле другого. Ни окон, ни иных отверстий тут не было, что сильно упрощало задачу по блокировке. Силы можно было не распылять. Только я открыл рот, чтобы дать приказ на штурм, как двери нашего пакгауза приоткрылись, и оттуда вышел заспанный мужик. Стоящий возле двери омоновец на рефлексах врубил вышедшему дубиной в голову, и тот влетел внутрь.
– Бой! – заорал я, и в дверь пакгауза влетели сразу пять светошумовых гранат.
Соседняя полусотня распахнула двери своего помещения и тоже закинула гостинцы для неизвестных.
– Бойся! – заорал омоновец, и я привычно прикрыл уши и глаза. Так же привычно грохнуло. И омоновцы швырнули вторую порцию гранат. А после бойцы ворвались внутрь. Я заскочил в первой десятке и сразу стал высматривать магов. Благо, ночное зрение у меня уже было, как у кошки.
На адреналине я моментально запечатлел открывшуюся картину. Всё помещение пакгауза было переделано в огромную казарму с самодельными нарами, на которых спали пришлые. Вернее, сейчас они уже не спали. Часть каталась по полу. Часть держалась за глаза и безумно выла. Но вот слева двое неизвестных в мантиях быстро продвигались вдоль стены лицом к нам. И один из них явно плёл заклинание. Я направил на магов жезл и шарахнул заклинанием помощнее, отчего выплеснул сразу половину силы. Как оказалось – не зря. Второй маг успел поставить какое-то защитное заклинание, и будь удар чуть слабее, оно бы сработало. А так, взметнувшееся пламя и мощный взрыв, на секунду замерев перед магическим щитом, всё же проломил его, и магов, а так же ещё человек пять бойцов просто размазало по стене пакгауза. В это время омоновцы лупили дубинами деморализованных врагов и тут же вязали им руки.
В соседнем здании я услышал свист, визг, потом грохот разрыва, и очень понадеялся, что лепр справился со своими магическими противниками. Пока же, проверять это не было времени, и я с ноги отправил в нокаут одного из копошащихся на земле недругов, прыгнул вперёд и ударил щитом вставшего на ноги здоровяка. Буквально через пару-тройку минут всё было закончено. На полу валялись связанные неизвестные. Кроме тех, кому не посчастливилось попасть под мой удар. Кишки и куски мяса вязать никто не стал. Уже не опасны. Я выскочил на улицу и рванул ко второму пакгаузу. Оттуда, пошатываясь, вышли лепр и Вейс Граньон.
– Что у вас? – крикнул я.
– Порядок, вашество, но пятеро погибших! – командир ОМОНа зло сплюнул, – Целых три мага оказались. Только заскочили, они ударили какой-то дрянью. Если б не господин Гайоген…
– Что за дрянь? – спросил я у лепра.
– Корроз, – мрачно сказал маг, – Зато теперь нет сомнений, что это приспешники Дера.
– Значит, и церемониться с ними нечего! – чётко сказал я, и приказал Граньону: – Выводи арестованных на улицу!
Вейс кивнул и принялся отдавать приказания. Уже через пять минут омоновцы вытащили связанных, ополоумевших негодяев наружу. Некоторых пришлось выносить, так как они мало что соображали, либо после ударов спецназа вовсе были без сознания. Я обошёл пленных и остановился возле щегольски одетого мужика с залысинами и козлиной бородкой.
– Ты старший? – спросил у него.
Тот посмотрел ненавидяще, сощурил слезящиеся глаза и промолчал. Я развёл руками, показывая недоумение, и сказал ближайшему омоновцу:
– Может, пробки в ушах у человека?
– Сейчас выбьем, вашество! – гаркнул боец, и залепил такую затрещину козлобородому, что тот упал лицом вперёд, ткнувшись носом в пыль. Омоновец тут же поднял глуховатого плешивого и вернул в прежнее положение.
– Зайдём с другой стороны, – я задумчиво почесал подбородок.– Нянчиться с тобой и уговаривать, времени у меня нету. А на кону – жизнь всего человечества. Потому сделаем так: не ответил на вопрос – лишился одной конечности.
– Позволь мне, Серж, – подошёл Гайоген.
– Изволь, – я пожал плечами и отошёл в сторону, доставая трубку.
Лепр подошёл к пленному, посмотрел в его глаза и положил руку на плечо. Козлобородый вздрогнул, и вдруг заорал резко, пронзительно. Так, что чайки испугано взлетели с берега. Даже меня пронял этот жуткий, душераздирающий вопль. Лепр сурово смотрел на пленника и не убирал руку. А тот орал дико, на одной ноте, но потом вдруг стал затихать. Тогда Гайоген убрал руку и спросил вкрадчиво: