К словам Конрута я отнесся серьезно, но сейчас действительно нет выхода. Если будем прорываться — точно заметут. Народу во дворе около сотни человек. Не сдюжим, даже с помощью Керы. Они просто закидают нас телами; даже если будут знать, что защищать больше некого. Наследник Брутусов обязательно спросит с охраны, все ли они сделали для того, чтобы наказать убийц, и от ответа будет зависеть, останутся ли облажавшиеся охранники, позволившие убить своего нанимателя в живых.
— Что, даже для богини? — удивился я. — Да и у меня есть мысли, как там пройти, — ответил я Акко, которая все еще ждала ответа на свой, в общем, риторический вопрос. — Кера, пойдем быстрее, а то они сейчас дверь начнут выносить. А вы можете остаться здесь. Я дам крови, прикинетесь кем-нибудь из домочадцев. Сможете ведь?
— С тобой пойдем, — буркнула Акко. — Прикинемся или нет — это бессмысленно. По-твоему, эти воины совсем идиоты и не смогут пересчитать количество людей?
Мормолика была права, а я действительно слишком поторопился высказывать неожиданно появившуюся идею. Напрашивалась мысль прикончить кого-нибудь из тех, кто остался на втором этаже, или просто утащить их с собой, а вампирш оставить на их месте, но я промолчал. С детьми я не воюю, а мормолики получили плату за риск.
Дверь в канализацию находилось, — вот сюрприз! — в подвале, и вызывала некоторые опасения своей монументальностью, а также двумя стальными засовами. Судя по толстому слою пыли, не открывали ее уже очень давно, даже Кере пришлось изрядно напрячься, чтобы ее распахнуть. От скрежета казалось, стены потрескаются, и уж точно услышат те, кому не надо, но обошлось. Изнутри пахнуло тем, чем обычно и пахнет в канализации, но слабее, чем я боялся. Приятного мало, но дышать можно и глаза почти не слезятся. Есть надежда, что хоть немного кислорода там осталось, и мы не задохнемся.
Внутри тоже было не слишком страшно. Несколько ступеней вниз, и мы оказались в довольно широком коридоре. В центре углубление, по которому течет мутная, дурно пахнущая жидкость. Неприятно, но пока ничего смертельного. Было бы значительно хуже, если бы мы оказались в темноте, но у меня был компактный масляный фонарь, который я взял на всякий случай. Во время нападения он не понадобился — света в поместье Брутусов и так хватало, а теперь вот пригодился. Правда, только мне. Все спутницы, по-моему, и в темноте отлично ориентируются.
— Пойдем по течению в сторону Тибра. Решетку Кера, думаю выломает с моей помощью.
— Отличный план, человек, — скептически пробормотала Исмем. — Вся штука в том, чтобы до этой решетки добраться. До реки отсюда мили три по прямой.
— Ну и незачем паниковать раньше времени, — ответил я. — Пока же все тихо.
В ответ раздалось недоверчивое хмыканье, причем, по-моему, сразу от трех мормолик. Не верят они в благополучный исход нашего приключения и все тут. Моему оптимизму тоже недолго оставалось. Тихо было первые минут пять, а потом началось.
Сначала какая-то совершенно невообразимая тварь выскочила из воды. Жертвой она выбрала меня, подозреваю из-за того, что я шел с фонарем. Выметнулась неожиданно и мощно, рассмотреть создание подземных вод толком не получилось. Мелькнуло рыбье тело, щупальца, загнутые как хирургические иглы зубы, а потом существо отбросило пулей. В месте падения вода будто вскипела — собратья расхватали зверушку на кусочки.
Секунд на десять все затихло, а потом снова плеснуло, только на этот раз жертвой выбрали Керу. Богиня стрельбой заморачиваться не стала, взмахнула ножом, половинки твари свалились на пол, откуда их утянули в воду коричневые щупальца. После этого нападения шли одно за другим без перерыва и пауз. У меня закончились патроны в револьвере, я перезарядился под прикрытием Керы, которая отдувалась за себя и за меня. Мормолики пока тоже справлялись — отрастили на руках длинные когти, и пластали рыбо-осьминогов на тонкие пластинки.