Кера появилась возле меня неожиданно, когда я преодолел едва ли половину расстояния до деревьев.
— Меня не было полчаса! — возмутилась богиня. — Как ты успел превратиться в такую развалину за такое короткое время? И куда ковыляешь? Тебя нужно добить, как загнанную лошадь!
— Ничего, сейчас отойду, — отмахнулся я. Мне действительно понемногу становилось легче. — Отправила домой Акулине?
— Отправила. Эта надоедливая самочка никак не хотела ехать. Пришлось ее хорошенько напугать.
— Надеюсь ничего серьезного? Ей и так сегодня тяжело пришлось!
— Просто посмотрела ей в глаза, — буркнула Кера. — Думаю, как раз возле дома придет в себя.
— Эмм, прости не понял. Что такого в том, что ты ей посмотрела в глаза?
— Да ты и не поймешь, на тебя это не действует, — отмахнулась богиня. — Ты вообще удивительно толстокож для смертного.
— А, ну да, — я вспомнил некоторые моменты наших приключений. — Жаль, что так получилось. Ей и так сегодня тяжело пришлось, еще и это… но здесь оставаться было бы намного опаснее. Я и так не уверен, что моя придумка сработает.
— Что за придумка? Может объяснишь, почему ты вымотан так, что даже я чувствую твою усталость.
Я рассказал ей про свои эксперименты на ниве познания собственных способностей.
— Не знаю, получится ли из этого что-то, но это шанс. Там на воротах двое охранников. Если до сих пор сюда не прибежали, значит ничего не услышали. Да и далековато до ворот, не удивительно. — Мы уже добрались до леса, выбрали место, с которого удобно наблюдать за домом, и я укладывался на подстилку из прелой листвы, потому старался говорить короткими фразами. Говорить развернуто и одновременно готовить лежку было тяжеловато. — Они спокойно подойдут к дому, войдут внутрь. А там твое творчество. Наверняка захотят узнать, кто так повеселился. Если мои усилия не напрасны, сколько-то из них точно покалечится, так что нам меньше достанется. Кто выберется, с тем уже и работать будем. Если у меня ничего не получилось, просто смоемся отсюда.
— Так не интересно, — поджала губки богиня. — А как же героический порыв, готовность отдать жизнь, но победить ненавистного врага, дикое упрямство, которое сворачивает горы и заставляет самих богов склоняться перед смертным?
— Слишком мелко ради десятка чистых отдавать жизнь, — Ворчу я. — Ладно бы это был десяток иерархов… Нет уж, мы их из засады больше нащелкаем, без всякого героизма.
Последние слова я уже шепчу едва слышным шепотом. Кера услышит точно, а большая группа людей, неспешно приближающаяся к дому на двух локомобилях — нет. Покойный Брутус не соврал. Десять человек белых братьев в балахонах, из них один — явно главный, и десяток мирян. С некоторым сожалением отметил, что Валериана Брутуса среди них нет. Остальные Брутусы для меня пока безлики, а вот этого мелкого клопа я бы раздавил с удовольствием.
Тем временем прибывшие выгрузились из машин, и направились в здание. Первый заглянувший в дверь отшатнулся и выплеснул содержимое желудка на порог. Поднялась суета, народ потянулся внутрь. Ну же… Да, в дом зашла большая часть гостей. Жаль, что не все — пара чистых и пара мирян осталась снаружи. Похоже, оставили на всякий случай. Несколько минут было тихо, только оставшиеся снаружи бродили вокруг, высматривая следы.
Вопль, раздавшийся внутри дома, стал неожиданностью даже для меня. Кому-то там было очень больно. Однако одним криком дело не ограничилось, через несколько секунд раздался выстрел, затем еще один, затем какой-то грохот. Окна одной из комнат полыхнули чистым светом. Те двое чистых, что остались снаружи, бросились внутрь, а вот представители Брутусов, наоборот, поспешили к локомобилю. Не думаю, что испугались — судя по четкости движений просто выполняли заранее полученные указания. Наверное, спешат доложить куда-нибудь о нештатной ситуации.
— Кера, нам не нужно, чтобы они ушли. Сможешь их тихо прикончить, когда немного отъедут? — Говорить чертовски сложно — перед глазами мелькают короткие сценки происходящего внутри дома. Сам не ждал такого эффекта.
Богиня даже отвечать не стала, просто исчезла. Локомобиль затих, как только проехал открытое пространство и скрылся за деревьями. Меня все еще полощет от обилия ярких картинок. Будто фильм ужасов смотришь, только все сцены смешались и происходят почти одновременно. Один из чистых оскальзывается на лестнице, что ведет в подвал, и падает, ломая себе шею. Двое охранников Брутусов одновременно бросаются к пострадавшему, один наклоняется над покойником, второй случайно роняет револьвер, при ударе тот стреляет, пуля вышибает мозги первому. Одновременно двойка чистых, которых отправили проверить верхние этажи, ухитряется свалиться с лестницы. Один слишком сильно оперся на подгнившие перила, которые неожиданно ломаются под рукой. Падая, чистый брат инстинктивно хватается за одежду напарника, и они оба падают вниз — на голову своему начальнику. Тот вовремя отскакивает, вот только не совсем удачно — поскальзывается на крови того несчастного, с которым развлекалась Кера и проламывает головой столик, на котором совсем недавно играли в кости. Остатки перил выбирают этот момент, чтобы рухнуть вниз, причем переворачиваются в воздухе. Тяжелая дубовая балясина пробивает чистому живот. В это же время кто-то из Брутусов напарывается грудью на штык-нож оставленной в комнате винтовки. В подвале кто-то роняет на себя тяжелый металлический стол, ломая себе ступни. И еще несколько подобных происшествий, которые я просто не успеваю отследить — от обилия информации у меня кружится голова и все плывет перед глазами, сливаясь в кровавый калейдоскоп. Боги, да как с этим бороться? Я так сам копыта отброшу! В записях того проклинателя этот эффект описывался, но подача информации, как я теперь понимаю, там очень сухая. На практике ощущения разительно отличаются от того, что я ожидал. Если бы я писал такие заметки, я бы непременно добавил «и тут ты охренеешь». Так было бы значительно полезнее для будущих поколений.