— А что за услуги ты для них можешь оказать?! Это ведь проклятья?
— Угадала. Им нужно кого-то убить, но так, чтобы убийством это не выглядело. Осуждаешь?
— Вот еще, — отмахнулась девушка. — Я всех обстоятельств не знаю, так что судить твои решения права не имею. Но вот мое присутствие там в таком случае будет действительно лишним. Диего! Пообещай мне, что когда-нибудь ты меня познакомишь с кем-нибудь из нелюдей. В более удобный момент.
Пообещал, что ж делать. Главное, обошлось без долгих уговоров, категоричного отказа и обид.
Глава 18
Незаметно выбраться из домовладения с помощью Керы, которая чувствует людей на расстоянии, да и чужое внимание может заметить, оказалось не сложно. Достаточно вовремя выполнять указания богини, так что спустя полчаса я все же оказался на улице. Правда, исчезнуть без следа нам не удалось. Хоть и предназначенный для слуг, выход был заперт на засов, и возле него сидел охранник. Несмотря на позднее время, подчиненный доминуса Флавия и не думал спать — читал какую-то книгу, изредка хмыкая в особенно интересных местах, прерывался на глоток чая из стоящей рядом кружки. Проскользнуть мимо него незамеченной Кера, возможно смогла бы, а вот мне не стоило даже и пытаться. Пришлось идти так.
— Доминус Диего, домина Улисса, куда вы на ночь глядя! — удивился парень. Мы с ним были немного знакомы — тренировались вместе, когда я восстанавливал форму.
— Да вот, понадобилось срочно прогуляться, — улыбнулся я. — Выпустишь?
— Конечно, подождите минуту. — Охранник встал и начал возиться с засовом. — Когда вас ждать обратно?
— Думаю, утром вернемся. Но если и задержусь, волноваться не нужно.
— Как скажете, доминус Диего, — парень махнул рукой и запер за нами дверь. Повезло, что он не стал уточнять, согласовал ли я свою прогулку с доминусом Ортесом. Просто не пришло в голову, что я могу отлучиться втихаря, без санкции главы семьи. Однако нам теперь стоит поторопиться. Через два часа смена, во время которой он обязательно доложит начальству о нашем с Керой уходе. Тревога после этого не поднимется, но небольшого переполоха не избежать, так что лучше убраться подальше. Мало ли, вдруг дядя решит все-таки отправить людей на поиски.
Добраться вечером до Тестаччо оказалось чуть сложнее, чем днем. Извозчик, которого мы поймали в двух кварталах от дома, — чтобы не светиться, — наотрез отказался везти нас к самому кварталу. Даже за тройную цену — двойную он получил хотя бы за то, чтобы довез нас до Большого Цирка, от которого еще полмили до начала, собственно, Тестаччо. Так что прогуляться пришлось изрядно, благо точного времени нам не назначали.
Удивительно, но ночью найти «Трезвый сатир» оказалось значительно проще. И без всяких провожатых. Казалось бы, мы только что поравнялись с разваливающимися от времени инсулами Тестаччо, повернули раз, другой, и вдруг оказались прямо напротив знакомой вывески. Или здесь дело в том, что за нами признали право посещения этого места?
Трактир вечером действительно оказался более многолюден, чем когда мы приходили в первый раз. Я остро пожалел, что Акулине не со мной, уверен, ей бы ужасно понравилось. Я и сам был удивлен. Не уверен даже, что мне удалось сохранить невозмутимое выражение лица. Людей в просторном зале было человек десять, и их было меньшинство. Все остальные к человеческому роду определенно не принадлежали. Не пялиться было решительно невозможно.
Справа от входа уютно устроилась за столиком настоящая древесная нимфа — очень красивая девушка с зелеными волосами, на коже которой едва просматривался рисунок древесных колец. В первый момент мне показалось, что это татуировка, но нет — ее тело действительно будто вырезанное из драгоценных пород дерева, при этом оставалось гибким и подвижным. Нимфа равнодушно взглянула на гостей и отвернулась, продолжая потягивать вино. Одеждой она пренебрегла, или у них ее просто носить было не принято. По крайней мере остальных посетителей ничуть не смущал далекий от правил приличий вид посетительницы. Правда, фурор, который могла бы произвести дриада в каком-нибудь традиционном ресторане, не идет ни в какое сравнение с эффектом, который производят некоторые другие обитатели странного местечка.