Акулине со мной, конечно, не согласилась, и была твердо намерена продолжить разговор, но я наотрез отказался. У меня и так после встречи с Петрой настроение было пакостное, портить его пустопорожними разговорами еще сильнее я не собирался. Никак не получалось выкинуть из головы образ девушки. Тогда, после расстрела, я был уверен, что нам больше не доведется встретиться. Вычеркнул Петру из памяти, заставил себя не думать, не вспоминать. И вот эта неожиданная встреча. В цирке мне было не до того, и потом, в кафе, слишком боялся, что она меня узнает, а теперь вдруг накрыло тоской. Дерзкая, вздорная — за то недолгое время, что мы путешествовали вместе я успел неплохо ее узнать. Дурным характером Петра маскирует независимость, смелость и некоторую наивность. Как она бросилась меня защищать тогда, в тюрьме… никаких чистых не побоялась. Теперь она, значит, выходит замуж. Ну что ж, надеюсь, брак будет удачным. А мне нужно все-таки отбросить воспоминания и хоть немного выспаться — ночью предстоит нанести визит в район Тестаччо. Не терпится получить плату за убийство. Не ту часть, что деньгами, а нематериальную. Урок от Конрута и записи обладателей манна, похожего на мой.
Следующая декада прошла под знаком непрерывного обучения. Я, наверное, в этой жизни еще не учился так ожесточенно и старательно. По ночам заучивал наизусть дневники и бумаги, переданные мне убийцей, а днями выполнял уже его задания. Конрут подошел к обучению со всей ответственностью, надо отдать ему должное. Я почему-то ждал, что мне будут показывать, как можно убить человека сотней способов, и жестоко ошибся. Занятия скорее напоминали уроки актерского мастерства. Убийца учил меня оставаться незаметным в любом месте и в любой компании, и надо признать, в дальнейшем эти знания действительно оказались для меня бесценны. Он учил одеваться, ходить, разговаривать с людьми. Однажды он показал мне класс — несколько часов просидел на площади, изображая нищего и просил милостыню. При этом мимо не раз проходили жандармы и чистые — и на него не обращали внимания! Люди подавали ему деньги, но стоило появиться синемундирникам, и бродяга превращался в просто усталого рабочего, присевшего на паперть. При этом он и не переодевался даже. Менялась осанка, взгляд, и вот — это уже совсем другой человек. Я был действительно впечатлен. Удивительное мастерство, и мне до него еще очень далеко, но я старался изо всех сил, и понемногу даже начало что-то получаться. Я, правда, был у него не единственным учеником. У Ремуса как раз начались каникулы, и мальчишка с удовольствием «обалдевал» новыми знаниями, которые считал значительно более полезными, чем те, что дают в школе.
Попутно занимался сбором информации уже на своих врагов — прежде всего, интересовался семейством Брутусов, но и об иерархах чистых забывать не собирался. Рано или поздно дойдет дело и до них. Очень мне понравилась та папочка, что передали смотрители Тестаччо вместе с первым заказом, и я собирался обзавестись такой же на каждого из тех, кого готовлюсь убить. Получалось не слишком ловко, но я не отчаивался. Где-то обходился осторожными расспросами подчиненных доминуса Флавиуса, пару раз не постеснялся подойти непосредственно к дяде, пару раз посетил общественную библиотеку, где ознакомился с подборкой газет и другой литературы. Рискнул даже наведаться в магистрат с каким-то совершенно посторонним запросом — но пришлось признать, что добыть информацию оттуда у меня пока что мастерства не хватит. Тут нужны знакомства.
Через декаду занятия пришлось прервать — на очередной встрече Конрут сообщил, что Айеджидайос просит о встрече. Мне и на секунду не пришла в голову мысль, что силену просто жгут руки деньги за прошлый заказ, и не ошибся. Деньги мне передали, но вместе с ними передали еще и папочку с данными по новому заказу. В этот раз птичка оказалась помельче, но для жителей Тестаччо этот господин представлял проблему не меньшую, чем покойный Феликс Брутус.
Какой-то фабрикант готовился выкупить права на сброс отходов в районе. Все бы ничего, вот только завод, которым владеет моя будущая жертва, производит спички. Белый фосфор — не сильно полезная штука, и отходы от производства, соответственно, тоже. Жители Тестаччо вполне привыкли мириться с бытовым мусором и вонью в центре своего места жительства, но ядов им не нужно. Ко мне обратились в последнюю очередь — до этого пытались переубедить заводчика иными методами, не выдавая своей природы и интереса, конечно же. Все тщетно — упорный бизнесмен пер к цели как носорог и недавно нашел выход на тех магистратских, которые за соответствующее вознаграждение были готовы ему это разрешение продать.