========== Часть 17 ==========
Время мчалось вперёд с бешеной скоростью, и если обычные обитатели Хогватса этого не замечали, то его оккультно-эфирные защитники видели это и нервничали. Ангел с демоном по-прежнему не разговаривали, вернее, разговаривать отказывался Азирафель, а Кроули всеми силами пытался наладить контакт. Конечно, у демона была гордость, и не будь ситуация настолько опасной, он бы исчез на пару веков, надеясь, что рано или поздно Азирафель остынет, соскучится и сменит гнев на милость.
Такой трюк он проделывал уже несколько раз, и каждый раз он срабатывал. Однако сейчас эта стратегия не подходила хотя бы потому, что не в привычках Кроули было бросать дело на середине. Но проблема была, разумеется, не только в этом.
Демон понимал, что ему нужно снова любыми путями приблизить к себе ангела, чтобы его спасти, ведь страшная рана на его груди никуда не исчезла, её нужно было постоянно подлечивать, пока она окончательно не разошлась и не убила ангела. Демон пытался поговорит об этом с Азирафелем, но тот шарахался от своего бывшего друга как от прокажённого, а если Кроули просто появлялся в поле его зрения, ангел сразу же напрягался и старался поскорее уйти. Демон злился и на себя, и на глупого ангела, который не понимал всей опасности, и просто не знал, как ему быть, ведь теперь он не мог даже добавить ангелу в напиток снотворного, чтобы спокойно заняться его раной.
А в один из дней случилось то, чего Кроули боялся больше всего на свете.
Наступила Пасха, и большинство студентов уехали домой на каникулы. Кроули с Азирафелем остались в замке. То, что ангел остался сильно удивило демона. Он знал, как ангел скучает по своему книжному магазину, и думал, что Азирафель использует любую возможность съездить обратно в Лондон, поверить свои книги. Однако, Кроули ошибся. Азирафель остался в Хогвартсе и, более того, очень редко покидал свою комнату, практически перестав ходить даже в библиотеку. Встревоженный странным поведением друга, при этом не имея возможности поговорить с ним лично, Кроули обратился к мадам Пинс, и та добродушно поведала, что в последнее время «милый мистер Азирафель» плохо себя чувствует, но почему-то категорически не хочет обращаться в Больничное крыло. Кроули кивнул, а его сердце в очередной раз стиснул ледяной кулак. Он старался не паниковать, пытался успокоить себя глупой надеждой, что самочувствие ангела никак не связано с его раной, однако в тот же день, увидев Азирафеля в Большом зале, демон понял, что всё плохо.
Дело было даже не в землистом цвете лица ангела, не в том, что он то и дело потирал грудь, и даже не в запахе крови, что исходил от него. А в том, что в дверях зала стоял никем, кроме Кроули, не замеченный Смерть, который неотрывно смотрел на Азирафеля и нехорошо улыбался.
Кроули стиснул кулаки и яростно подумал:
«Не тронь, у нас уговор!»
«Уговор был, что я не заберу его сразу после ранения. Сейчас же мы ни о чём не договаривались. Ты не смог его вылечить, скоро его время придёт»
Демон зашипел сквозь зубы. Он поклялся, что ни за что не отдаст ангела ему, а значит, нужно было любыми путями заставить Азирафеля довериться ему. Снова.
Вечером того же дня, вооружившись бутылкой вина и коробкой пирожных, демон стучался в комнату Азирафеля. Ответом ему была тишина, хотя Кроули и знал, что ангел на месте.
— Азирафель, открой! Нам надо поговорить!
Ангел, разумеется, не собирался ему ничего отвечать.
— Ангел, пожалуйста! Это важно! Прошу тебя.
Но и в этот раз Азирафель оказался нем к его мольбам. И тогда демон применил запрещённый приём.
— Если ты немедленно не откроешь дверь, я просто её выломаю! Сам будешь объяснять преподавателям, что здесь происходит.
Некоторое время в комнате была тишина, а затем Кроули услышал тихий шорох, затем замок скрипнул и дверь распахнулась:
— Что тебе нужно, демон? — холодно поинтересовался Азирафель.
— Надо поговорить. Впустишь? Разговор непростой, — демон протянул ему бутылку. Ангел потянулся к ней, собираясь принять, но в последний момент отдёрнул руку.
— Заходи. Но учти, у меня есть святая вода.
Демон вздрогнул всем телом и шагнул в комнату.
Ангел махнул рукой в сторону кресла, а сам сел на диван, как можно дальше от места дислокации Кроули.
— Что тебе нужно?
— Ангел… — несмело начал Кроули. — Я понимаю, что мы в ссоре и…
— Мы не в ссоре, Кроули, — холодно ответил ангел. — В ссоре могут быть только друзья. Ты же мне просто глубоко противен.
Стараясь не обращать внимания на дикую боль, что прошила его с ног до головы, демон неуверенно заговорил:
— Твоя рана… Ей же всё хуже, верно?
— Это не твоё дело!
— Да или нет, отвечай! — демон перенял тон Азирафеля, и тот был вынужден ответить:
— Да, с раной всё непросто.
— Я лечил её всё это время, и в последние месяцы это приходилось делать всё чаще и чаще. Ты сам не справишься, поэтому прошу… Дай мне заняться раной. Иначе ты можешь умереть.
— Какое тебе до этого дело?
— В отличие от тебя, я тебя не ненавижу, и не желаю твоей смерти. Я всё ещё помню то хорошее, что ты для меня сделал.
Ангел вскинул голову, но ничего не ответил, а лишь нервно затеребил пуговицу пиджака.
— Так что, позволишь мне помочь тебе?
Азирафель задумался, затем осторожно ответил:
— Хорошо, я позволю тебе… попробовать меня вылечить, но учти, что…
— У тебя есть святая вода, я понял, — мрачно ответил Кроули.
Ангел, на самом деле, хотел сказать не это, но спорить не стал. Тем более, что больше доверять этому демону он не мог. Стянув пиджак и расстегнув жилетку и рубашку, Азирафель лёг на диван.
Кроули склонился над ним и положил руку ему на лоб:
— Спи, ангел, — прошептал Кроули, и Азирафель и правда заснул.
***
Когда ангел открыл глаза, вокруг было темно. Он лежал на диване, свет в кабинете был заботливо приглушён, а сам ангел был укрыт пушистым пледом. Грудь болела намного меньше, да и общее самочувствие заметно улучшилось. Азирафель откинул плед и осмотрел свою рану. Выглядела она более аккуратной, хотя и не такой, какой он привык её видеть.
Поднявшись с дивана, ангел зажёг свет и осмотрелся. На столике стояла одинокая бутылка вина и открытая коробочка шоколада. Рядом лежала небрежно нацарапанная записка:
«Ешь спокойно, не отравлено. Согласись, было бы глупо тебя травить после того, как вылечил».
В груди ангела растеклось странное тепло, которое он всеми силами пытался подавить. Он искренне не понимал, что происходит. Почему Кроули сначала предал его, причём так жестоко и хладнокровно, лишив его шанса исправить давнюю ошибку, а после этого всеми силами пытается его спасать, да ещё приносит шоколад и вино… Ангел потряс головой, чувствуя, что совершенно не понимает этого демона.
Он взял в руки коробочку с шоколадом и некоторое время поколебался, размышляя. Первым порывом было выбросить подарок в камин — ему не нужно было от Кроули ничего, но затем в голове всплыли его слова: