Костюм Алексу, определенно, шел.
Он слегка прокашлялся и сказал, обращаясь к Тессе:
— Не против, если я украду у тебя Саманту?
— Один раз ты ее уже украл. Думаю, во второй раз она не сильно обидится, — криво усмехнулась та, а мне вдруг захотелось ударить ее чем-нибудь тяжелым.
Шутка была не очень удачной.
Алекс перевел на меня взгляд.
— Пойдем?
Меня хватило только на скованный кивок, после чего я нехотя поплелась в его сторону.
— Тесса уже рассказала тебе про сегодняшний вечер? — спросил он после недолгого молчания, когда мы уже отошли от комнаты на приличное расстояние.
Мне не хотелось об этом говорить, поэтому я ничего не ответила, угрюмо уставившись в красивый ковер под ногами.
— Значит, рассказала.
Алекс больше не говорил ни слова, и я со всей сосредоточенностью начала вслушиваться в мнимую тишину. Этот огромный по моим скромным меркам особняк жил собственной жизнью — вокруг постоянно слышались какие-то звуки. Торопливые шаги, переговоры, хлопки дверей. Но мы ни разу не встретили никого на своем пути, хотя я все равно периодически вздрагивала от каждого шороха.
Преодолев один пролет лестницы, мы вновь оказались на втором этаже и пошли уже в известном мне направлении. Это заставило облегченно выдохнуть — судя по рассказам Тессы, столовая находилась на первом.
— Это ведь твоя комната? — оказавшись в знакомой обстановке, спросила я. С замиранием сердца отметила, что за окном начало темнеть, и почувствовала легкую панику.
Алекс, стоявший впереди, обернулся и посмотрел на меня так, будто уже забыл о моем присутствии.
— Да, — кивнул он рассеяно и облизал губы. — Я хочу тебе кое-что дать.
Упырь подошел к прикроватной тумбочке и опустился на колени, открыв один из ящиков. Его движения были непривычно резкими. Я настороженно осталась стоять на месте, ожидая продолжения. Наконец, Алекс поднялся и развернулся ко мне лицом. В его руках были ножны.
— Что это? — нахмурилась я.
Упырь подошел ко мне и протянул руку.
— Возьми.
Я удивленно приняла их, запоздало заметив знакомую рукоять кинжала. В глазах на мгновенье потемнело.
— Это… Как? Откуда? — ошарашено выдохнула я и подняла взгляд на Алекса. Руки мелко задрожали.
— Саманта, послушай, — он сжал мои предплечья и наклонился ближе, внимательно всматриваясь в глаза. От этой внезапно близости у меня перехватило дыхание, а от пронзительного взгляда подкосились колени. — Ты должна всегда носить его при себе. Слышишь, всегда.
Я удивленно моргнула.
— Д-да, слышу…
— Закрепи ножны на бедре и попроси у Тессы побольше платьев. Так кинжал получился постоянно скрывать.
Мне совсем не нравилось то, что он говорил. Предположения об угрозе пребывания в этом месте уже не раз закрадывались в сознание, но я все равно наивно верила, что здесь, в доме Алекса, я в безопасности.
— Мне что-то угрожает? — не желая знать ответа на этот вопрос, тихо спросила я.
Пусть он скажет, что это всего лишь необходимая мера безопасности…
Пусть соврет, что здесь так принято или что ношение с собой кинжала — семейная традиция…
Но вместо ответа Алекс лишь устало прикрыл глаза и отстранился. Это было стократ хуже.
Я чувствовала, как жесткие ремни ножен неприятно натирали нежную кожу на бедре, наверняка оставляя за собой красные полосы. А еще я чувствовала страх. Липкий и давящий. Холодный. Он пробрался через подол платья, к лопаткам и дальше — на затылок, заставляя волосы медленно шевелиться и вибрировать. Я крепче вцепилась в предоставленный Алексом локоть, молясь про себя, чтобы дрожащие ноги не подвели меня на середине лестницы. Будто бы чувствуя мое волнение, он на секунду накрыл мою ладонь своей и сжал ее. Стало немного легче. Самую малость.
Первый этаж был намного просторнее, чем два выше. Меньше коридоров и больше пространства — столовая и гостиная занимали значительную часть, которую я смогла заметить, только ступив на отшлифованный паркет. Мы медленно двинулись к широкой арке, за которой находилась большая комната с длинным обеденным столом по центру. Когда я увидела, что за ним уже сидело несколько упырей, внутри все сжалось в тугой колючий шар.
Женщина в строгом темно-синем платье, листающая какой-то журнал, два светловолосых подростка лет тринадцати, переговаривающиеся между собой, и Тесса. Когда мы подошли ближе, все четыре пары глаз как по команде устремились в нашей сторону. Я задержала дыхание, стараясь не поднимать взгляда выше гладкой поверхности стола.
Алекс остановился и сказал:
— Мама, это Саманта Дэвис. Ты наверняка уже наслышана о ней.
— Да-да, что-то такое припоминаю, — ответила она, как мне показалось, с улыбкой. Я не удержалась и подняла взгляд. — Саманта выглядит несколько… бледной.
На самом деле, моя кожа была темнее их как минимум на пару тонов, поэтому это заявление немного смутило.
— Она нервничает, — зачем-то сказал Алекс, и мои щеки загорелись.
— Понимаю, — вновь улыбнулась женщина и вдруг поднялась с места, направившись в нашу сторону. — Меня зовут Сара.
Она протянула мне руку, и мне ничего не оставалось делать, кроме как ответить на мягкое рукопожатие. Кожа Сары была необычайно нежной и гладкой, хотя, судя по возрасту ее детей, ей должно было быть не меньше сорока пяти. Я сдавленно улыбнулась.
— Сэм.
— Садитесь за стол, скоро придет Томас, — сказала Сара все с той же улыбкой, от которой мне стало чуточку спокойнее, и прошла за свое место по правую руку от начала стола.
Все пока что было не так уж и плохо.
Но Алекс, в отличие от меня, совсем не расслабился. Это я поняла по напряженной линии его челюсти и до сих пор рваным движениям, которые он безрезультатно старался смягчить. Алекс галантно отодвинул мне стул, находящийся напротив места, где сидела Тесса (она сидела около матери), и сам уселся рядом. Я посмотрела на нее, и она понимающе улыбнулась мне в ответ, хотя ее улыбка показалось мне натянутой.
Алекс завел непринужденный разговор с матерью, и к ним быстро подключилась Тесса. Я решила, что это отлично — все внимание было на какое-то время отведено от меня. Но вдруг я почувствовала на себе чей-то прожигающий взгляд и повернула голову к двум оставшимся членам семьи, которых мне почему-то не представили. Мальчик и девочка как две капли воды похожие друг на друга: белоснежные волосы, слишком бледная даже для упырей кожа, светло-серые глаза, отливающие красноватым при неправильном падении света. Меня осенила догадка — они альбиносы.
Близнецы смотрели слишком пристально, и мне пришлось отвести взгляд, чтобы не показать своего волнения, которое и так, должно быть, волнами исходило от меня. Я поерзала на стуле, все еще чувствуя на себе их внимательный взгляд, и попыталась вслушаться в разговор Алекса. Но все мое внимание вдруг сосредоточилось на чуть различимом шепоте:
— Как думаешь, как долго протянет эта примитивная?
— Не знаю. Наверное, до тех пор, пока Тайлер не решит приготовить ее на ужин.
Я ощутила волну ледяного ужаса, накрывшего меня с головой, но быстро оборвала себя, пытаясь успокоиться. Кажется, Алекс услышал мое учащенное дыхание или каким-то шестым чувством почувствовал мой страх, потому что почти в то же мгновенье я встретилась с ним взглядом. Он какое-то время настороженно вглядывался в мое лицо, а потом перевел взгляд на близнецов. Я сглотнула, но это было бесполезно, потому что в моем горле было слишком сухо.
— Лиа, Лиам, вы что-то хотите сказать Саманте?
О, Армагеддон, зачем он это спрашивает…
— Да, — хором отозвались они и хитро улыбнулись, не отводя от меня своих страшных глаз. Я напряглась, уже предчувствуя неладное. — Каково это — быть игрушкой человека?
Из легких будто вышибло весь кислород. Я ошарашено подняла брови, бестолково уставившись в их лица. Захотелось провалиться сквозь землю или просто убежать; я не знала, чего во мне было больше: стыда, омерзения или желания их придушить. Сара и Тесса наградили близнецов осуждающими взглядами, а вторая даже пихнула сидящего ближе к ней Лиама локтем в бок. Лица Алекса я не видела.