— Нет, не чтобы сожрать, — наконец, ответил он и отбросил от себя мои руки как старое ненужное тряпье. Я тут же прижала покалеченные конечности к груди. — Но и не по доброте душевной, ты права.
Эсан сделал несколько шагов от меня и обернулся.
— Учти, мартышка, хочешь-не хочешь, но теперь ты моя должница.
— Так что тебе нужно? — не двигаясь с места, спросила я.
— Это пока не важно. Просто помни на будущее.
Я озадаченно уставилась на противоположную стену. Представлять, что задумал этот… Эсан на этот раз, совершенно не хотелось.
— Нужно выбираться отсюда. Ты это… — блондин замялся. — Замотай свои руки чем-нибудь, иначе еще загрызет кто-нибудь ненароком.
Я уставилась на него почти удивленно.
— Ты мне еще нужна, не забыла? — криво усмехнулся он и пошел к двери в самом конце коридора.
Недолго думая, я отрезала пару лоскутов ткани с нижнего подклада платья с помощью кинжала и еле уговорила себя не бросить его вслед за белобрысым упырем, дожидавшимся меня у выхода.
Снаружи было не людно и невероятно свежо. Кажется, мы вышли через какой-то задний ход, потому что, завернув за угол, тут же наткнулись на взволнованную толпу людей. Я начала судорожно выискивать знакомое лицо среди множества упырей, а потом, облегченно выдохнув, со всех ног бросилась к Алексу.
— Саманта! Я думал, что потерял тебя, — он крепко прижал меня к себе, и на глаза почему-то навернулись слезы.
Я сжала пальцами футболку на его спине и уткнулась носом в грудь.
— Все закончилось. Теперь все закончилось, — успокаивая то ли его, то ли себя, шептала я. В горле встал горький ком.
— Все в порядке? Как ты выбралась? — Алекс осторожно отстранился и заглянул в мои глаза. Проморгавшись, я неуверенно обернулась, но поняла, что Эсана уже нигде не было.
— Я просто побежала за всеми, а потом затерялась в толпе… — тихо проговорила я, повернувшись обратно.
— Ты не поранилась? — как-то слишком настороженно спросил упырь. Я напряглась и, немного подумав, выставила перед ним залатанные на скорую руку ладони. — Что это?..
— Ничего страшного, просто царапины, — заверила я, а потом отняла руки обратно. — А ты? С тобой все… в порядке?
Алекс только кивнул, а потом неожиданно медленно коснулся моей щеки большим пальцем. Он не спеша прочертил им дорожку к кончику рта и слегка надавил на нижнюю губу, оттягивая ее вниз. Когда я уже не была уверена, что смогу устоять не ногах, он резко отстранил руку и, на секунду прикрыв глаза, сказал:
— Пошли домой, Саманта. Это был поистине дерьмовый вечер.
«Кроме одной его части», — мысленно добавила я и, привычно ухватившись за предложенную руку, пошла за Алексом.
***
Приятная теплота чашки проходила даже сквозь плотные перевязки на ладонях. Я сделала еще один небольшой глоток любезно предложенного Сарой травяного отвара и, положив голову на колени, уставилась на зажженный камин. Прирученный огонь был покладист и безвреден. Он не мог задушить своим дымом.
Послышались шаги, а потом о мою спину оперлась чужая, теплая и крепкая.
— Как ты? — негромко спросил Алекс. Я поставила чашку на пол и пододвинула ее пальцем поближе к нему. Упырь без лишних слов взял предложенный дар.
— Мне было страшно. По-настоящему. Я думала, что задохнусь там, — мне неожиданно захотелось поделиться с ним этим, а ужасные воспоминания калейдоскопом пронеслись перед глазами.
Чужая спина напряглась.
— Извини.
— Я не виню тебя, Алекс, — возразила я и выпрямилась.
— Все равно. Если бы я тогда не ушел…
— Я выбралась, и этого достаточно. Ты не виноват в том, что случилось.
Я оперлась своим затылком о чужой, и ушибленный висок отозвался ленивой болью.
— А знаешь, что я поняла? — нарушила я тишину спустя несколько минут молчания.
— Что же?
— Тогда, в первую нашу встречу… за стеной, ты был не собой. Не этим Алексом, которого я знаю.
— А кем же? — усмехнулся упырь с явным интересом. Даже голову попытался повернуть, но я ему не позволила это сделать.
— Эсаном. Такой же противный и…. просто ужас!
Алекс засмеялся. Медленно так, со вкусом и искренностью, что я тоже невольно улыбнулась.
— И долго ты над этим думала? — издевательски протянул он.
Я боднула его плечом, но ничего не ответила. Мы опять на какое-то время просто замолчали, и мне хотелось сохранить в памяти этот момент надолго. Когда забываешь, что ты фактически в плену у мутантов, и просто сидишь с одним из них на полу перед потрескивающим камином с глупой улыбкой на губах.
— Тот поцелуй… — неожиданно начал Алекс.
Я закрыла глаза и перестала улыбаться.
— …был обычным поцелуем? — продолжила за него, понимая, что не хочу услышать ответа. Только не сейчас, когда наши спины и затылки в такой близости друг от друга.
Усмешка Алекса была тихой, но я все равно почувствовала ее.
— Я бы применил другой эпитет, — с улыбкой сказал он.
— Например, пьяный?
— Нет.
— Неловкий? — не прекращала я, начиная тихо хихикать.
— Скорее, очень даже ловкий! — хохотнул Алекс, а потом резко развернулся ко мне всем телом, оставив без своей поддержки.
Я осталась сидеть, как сидела, чувствуя легкий страх. Разговаривать с Алексом об этом поцелуе, находясь при этом лицом к лицу, не хотелось еще больше.
— Повернись ко мне, Саманта, — тихо попросил он, сверля мой затылок внимательным взглядом.
В том месте, куда он смотрел, кожа плавилась и горела. Все-таки, в Алексе было много чего от отца…
Медленно развернувшись, я опустила взгляд на свои сцепленные пальцы.
— Посмотри на меня.
Я не посмела ослушаться, хорошенько при этом выругавшись про себя. Обычно голубые глаза Алекса были черными, и в них золотыми бликами отражался огонь. Я машинально облизала губы, а потом пожалела об этом, заметив, что его взгляд опустился ниже.
— Что ты сделаешь, если я скажу, что тот поцелуй был неправильным? — прошептал он. Я застыла, чувствуя, как по спине пробегает холодок.
— Отвечу, что в моей жизни было много чего неправильного.
Алекс резко перевел взгляд в мои глаза.
— А если скажу, что все это может плохо закончиться?
— Мне будет плевать.
Он медленно протянул руку к моему лицу и заправил выбившуюся прядь за ухо, не прерывая зрительного контакта. Внутри все задрожало в нетерпении.
— Что ты скажешь, когда я признаюсь, что хочу его повторить? — Алекс наклонился так, что я почувствовала его горячее дыхание на своих губах.
Облизнула их и прошептала:
— Я скажу, что бы ты прекращал задавать эти дурацкие вопросы и поцеловал меня, наконец.
Когда между нами не осталось ни сантиметра, я прикрыла глаза, перед которыми в тот же миг взорвались сотни ярких искр.
Алекс был нежен, и от этой нежности у меня закружилась голова, а в груди разлилось приятное тепло. Его медленная ласка окутывала кожу, заставляя ее опаляться от каждого прикосновения. Я почувствовала руки, сжимавшие мою талию, и внизу живота что-то отчаянно затянулось. Алекс притянул меня к себе, не отрываясь от губ, заставляя обхватить бедрами его торс. А потом обнял так трепетно и чувственно, что я впервые за все время пребывания в этом месте ощутила себя по-настоящему защищенной. В Армагеддон Эсана, в Армагеддон Томаса и его дурацкие правила. Сейчас был важен только Алекс и я, медленно плавившаяся в его объятиях.
Когда я задремала у него на плече, упырь осторожно взял меня на руки и понес в спальню. Сквозь полудрему я ощутила, как он кладет меня на кровать, накрывает одеялом и ложится рядом. Ленивая улыбка коснулась губ, когда теплые руки Алекса обняли меня со спины и прижали ближе. А потом я вдруг поняла наверняка — этой ночью мне не будут сниться кошмары.
Глава 10. Испытатели как умирающий вид
— Я… мне кажется, я еще не готова… — я сжала пальцы так, что ногти больно впились в кожу ладоней.
— Тебе нечего бояться, — прошептал Алекс, смотря прямо в глаза. От этого я разволновалась еще больше.