— Не понимаю.
Люк многозначительно улыбнулся, а потом начал делать вид, что меня не существует. Молчаливый упырь даже не повел ухом.
Ну и пожалуйста!
Я решила осмотреться. В фургоне было довольно темно, но я все равно различила несколько деревянных коробок, стоявших у задней стенки. Уже собираясь поинтересоваться у Люка, что в них лежит, я вовремя одернула себя и насупилась. Все равно он мне ничего не скажет. Так зачем же тратить энергию попусту?
В голове крутилось множество вопросов, и от невозможности задать их хоть кому-то меня раздирали сомнения. Я не знала, могу ли доверять этим упырям. Не знала, где сейчас Алекс и когда я его уже, наконец, смогу увидеть. И что же будет дальше? К горлу подступила тошнота. Я попыталась спросить что-то у Эсана, но тот лишь отмахнулся, сосредоточенно переговариваясь с водителем.
Вдруг фургон резко пошел в разворот, и я чудом избежала удара головой о стену, успев выставить вперед ладонь. Проехав еще несколько метров, он затормозил, и Эсан развернулся ко мне.
— Идти сможешь?
— Не уверена, — честно ответила я.
— Придется, — а потом обратился к Люку: — Придерживай ее. Только без недозволенного.
— Понял.
Водитель и молчун взяли деревянный коробки, а потом с помощью Люка я выбралась на улицу и наткнулась взглядом на большое красивое здание, чем-то напоминавшее мне музей. Туфли пришлось оставить в машине, поэтому теперь я босиком ковыляла за нашей небольшой делегацией, направляющейся к массивным дверям. Над ними витиеватыми позолоченными буквами виднелась надпись «Ратуша». Внутри было тихо и темно, холодный пол обжигал босые ступни. Наши нестройные шаги эхом отдавались от высоких каменных стен и разлетались по всему холлу. Вдруг Эсан остановился, жестом приказав делать нам то же самое, и глубоко втянул носом воздух. Я затаила дыхание.
— Чисто, — негромко проговорил блондин спустя секунду и криво улыбнулся. — Наши ребята хорошо поработали.
От его слов по спине пробежались ледяные мурашки. Я нехотя продолжила движение, удерживаясь за плечо Люка, и нервно оглядывалась по сторонам. Не нравится мне все это, ой, как не нравится…
Первое тело нашлось у подножья широкой лестницы. Я чудом сдержала испуганный крик, увидев распластавшийся на полу труп в луже собственной крови. Люк молча собирался перешагнуть его, как и все остальные, но я дернула его и с трудом проговорила сквозь сжатые челюсти:
— Я без обуви, — а потом многозначительно кивнула на кровь.
Без лишних слов упырь поднял меня на руки и зашагал вверх по лестнице. Я закрыла глаза и крепко вцепилась в его шею, боясь вновь напороться взглядом на жертву упыриной спецоперации. Меня вновь мутило, и я надеялась только на то, что мой желудок выдержит хотя бы до конца этого ужаса.
Я не знала, сколько мы прошли, но когда Люк неожиданно замер, мне все-таки пришлось открыть глаза. Мы стояли за углом в одном из широких коридоров, и я не понимала причины нашей остановки. Эсан каменным изваянием застыл у самого края и прислушивался к чему-то, недоступному ушам обычного человека. Переняв его настроение, Люк бесшумно поставил меня на пол и взглядом велел придерживаться о стену. Два других упыря не решилась оставить свой груз, а потому держались чуть поодаль, но выглядели при этом не менее напряженно.
Я уловила приближавшиеся к нам спешные шаги и испуганно спряталась за спину Люка. Внезапно из-за угла выбежал мужчина, и Эсан (надо отдать должное его реакции), схватил его за грудки, припечатав в стену недалеко от меня. Я отшатнулась, больно оперевшись на ушибленную ногу, и уставилась в лицо упыря, тут же забирая обратно свои слова на счет мужчины. Незнакомец оказался совсем молодым парнишкой в потрепанном костюме и с испуганными глазами, перебегающими с одного упыря на другого. Он что-то сбивчиво залепетал, но Эсан грубо встряхнул его и прошипел в искаженное ужасом лицо:
— Здесь есть кто-то еще? Отвечай!
— Д-да… То есть, нет, они… — парень запнулся и замотал головой, скривив губы.
— Ясно.
Я вдруг поняла, что сейчас его убьют прямо на моих глазах, и буквально умоляла себя зажмуриться. Но глаза упрямо отказывались закрываться, продолжая наблюдать за развернувшейся картиной. Люк потянулся к кинжалу, но внезапно Эсан с силой ударил парнишку по лицу, отчего тот с грохотом упал на пол. Я вздрогнула и бестолково открыла рот.
— Пойдемте.
— Вы оставите его? — недоверчиво спросил Люк, не отнимая руки от рукояти. Кажется, он был растерян не меньше меня.
— Нет смысла его убивать, — пожал плечами блондин. — Скоро все равно всем станет известно, что Тисс перестал быть прежним.
Эсан завернул за угол, не став нас дожидаться. Мы с Люком переглянулись и, немного погодя, последовали за упырями с коробками.
Преодолев еще пару лестничных пролетов, мы, наконец, оказались на самом последнем этаже. Я уже не скрывала своего тяжелого дыхания и морщилась каждый раз, когда наступала на больную ногу. Пройдя до конца коридора, Эсан уверенным движением толкнул створчатые двери и ступил за порог. Я нервно сжала подол платья и, опираясь на Люка, вошла в зал, до отказа заполненный упырями. При виде нашей скромной компании они повскакивали со своих мест и воодушевленно загалдели, а кто-то даже зааплодировал. Мне отчего-то стало неуютно.
Неужели, их так много? И ведь внушительная часть осталась где-то за пределами ратуши…
Я старалась спрятаться за спинами своих сопровождающих, но все равно то и дело ловила на себе заинтересованные взгляды. Они точно знают, кто я такая. И даже сыворотка не сможет доказать им обратное.
Эсан поднял руку, и все замолкли.
— Рано радуетесь, друзья. Все еще только начинается.
Почему-то эта фраза раззадорила их только сильнее. Я разглядывала толпу упырей, собирающихся выбраться в мой мир, и с медленно зарождающимся ужасом понимала, они не те, кто готов идти на примирение со своей пищей. Они слишком устали жить в недрах земли и, должно быть, даже озлоблены на людей за то, что тем дан шанс находиться под солнцем. Только чудо сможет удержать их от произвола. И я очень надеялась, что этим чудом окажутся Алекс и Эсан.
Меня усадили на один из стульев и дали какую-то мазь, посоветовав нанести ее на опухшую лодыжку. Я послушно выполнила то, что мне велели, и с удивлением поняла, что боль проходит с невероятной скоростью. Тем временем упыри принялись распаковывать деревянные коробки. Я смогла разглядеть, как каждый берет оттуда по одному шприцу и отходит в сторону, рассматривая его с неподдельным интересом.
— Это сыворотка? — спросила я у подошедшего ко мне Люка.
Он кивнул, даже не удостоив меня взглядом. Я заметила, что никто не спешит вкалывать ее и, сглотнув, спросила:
— Тогда чего вы ждете?
— Еще не время.
Я заметила какое-то шевеление сбоку и повернулась туда, с удивлением поняв, что Эсан забрался на стол и теперь возвышался над всеми, величественно задрав подбородок. «Позер», — не удержалось сознание.
— Через двадцать минут взойдет солнце, и мы выйдем на поверхность! Вы со мной?! — вдруг закричал он.
— Да!!!
— Черед двадцать минут начнется новая эра! Эра, когда люди займут свое истинное место!
Его снова поддержали громким улюлюканьем, от которого я поежилась.
— Через двадцать минут, — Эсан сделал короткую паузу, осмотрев всех внимательным взглядом, — наступит день нашего Возрождения!
— Ура!!!
И вдруг все, как по команде, вкололи игры в руки, пустив в кровь чужеродное вещество. Я в немом шоке смотрела на то, как лица некоторых упырей трансформировались, на несколько мгновений показывая их истинный облик, но потом вновь становились человеческими. Все будто находились в трансе, туманным взглядом смотря перед собой и хмуря брови. Наконец, придя в себя, Эсан спрыгнул с импровизированного возвышения и слегка покачнулся, впрочем, быстро взяв себя в руки. А потом сказал лишь одно слово:
— Пора.
Люк протянул мне руку, и я в нерешительности ухватилась за нее, поднимаясь с нагретого места. Что? Уже все началось? А как же остальные? Свой последний вопрос я озвучила, на что упырь ответил: